В глубине сознания прозвучало, что следует не увлекаться и не терять бдительности, но я знала, моя система обнаружения стригоев сработает незамедлительно, если они появятся, и тошноту трудно игнорировать.
Прошло около часа; никаких стригоев. Мы покинули танцплощадку, прочесали все углы клуба, вышли наружу и осмотрели ближайшие проулки. Ничего.
– Неподалеку есть другой клуб? – спросила я.
– Конечно, – ответил улыбчивый Артур, приземистый, с почти наголо обритой головой. – Примерно на расстоянии двух кварталов.
Второй клуб, очень похожий на первый, размещался в полуразрушенном здании.
Мы снова вышли на танцплощадку, только Лев двинулся в сторону, чтобы раздобыть выпивку. Я стукнула его по плечу.
Он воскликнул что-то по-русски, я знала, что это ругательство.
– За что? – спросил он."
"– За глупость! Как можно рассчитывать убить того, кто вдвое быстрее тебя, если ты пьян?
Он пожал плечами с таким видом, будто мои слова не убедили его, и я с трудом сдержала желание врезать ему на этот раз в лицо.
– Одна рюмка не повредит. Кроме того, здесь даже нет ни…
– Тихо!
В животе возникло хорошо знакомое неприятное ощущение. Я остановилась, пристально вглядываясь в толпу. Чувства позволяли мне обнаружить присутствие стригоев, но вот разглядеть их в толпе гораздо труднее. Я сделала несколько шагов в сторону выхода, и тошнота уменьшилась.
– Вон там, – сказала я. – Ведите себя так, словно все еще захвачены музыкой.
Моя напряженность оказалась заразительна, и я видела, что их захлестнуло предвкушение – и одновременно страх. Отчасти хорошо. Может, они поведут себя как серьезные люди. Проталкиваясь к бару, я вела себя так, будто хочу выпить, а взглядом все время шарила по толпе.
Вот! Я засекла его. Мужчина-стригой стоял в углу, обнимая девушку примерно моего возраста.









