Красная линия

Эш кивнул, поливая рис горячим мясным бульоном, и глубоко вздохнул.

– Если хочешь знать мое мнение – ты все правильно сделал.

– Я знаю.

– Я поступил бы так же.

– Знаю.

Со стороны гостиной раздался приглушенный стук.

– Микки? – позвал Эш.

Ответа не последовало, но звук, похожий на скрежет, не затихал.

Я вышел из кухни и направился в гостиную. Звуки доносились из прихожей. Желудок скрутило узлом от дурного предчувствия, когда к скрежету прибавился громкий вой собак. Я бросился к входной двери и распахнул ее.

Лабрадорихи тут же влетели в дом. Они принялись возбужденно кружить по гостиной.

Фрида громко зарычала и вцепилась зубами в штанину моих джинсов."

"– Какого дьявола?! – с нарастающим чувством тревоги я схватил куртку и выбежал из дома на поиски Микки.

Собаки неслись впереди, указывая дорогу. Сердце стучало о ребра, как ненормальное. Я не понимал, что происходит, но продолжал бежать. Страх подгонял меня, презрительно хлестая по спине невидимым кнутом.

Когда я добежал до лесной поляны, передо мной открылась картина, которая еще долго будет преследовать меня в кошмарах.

Посреди лесной поляны виднелась яркая куртка Микки, которая резко выделялась на белоснежном зимнем фоне, подобно маленькому красному маяку, стоящему на подводной скале.

Микки лежала на спине в колыбели из снега, а вокруг нее, тихо поскуливая, бегал перепуганный Халк. В считанные секунды я оказался рядом с ней.

Я упал на колени и взял в ладони ее лицо. Оно было очень горячим.

– Микки, ты слышишь меня?

Ее ресницы задрожали. Дыхание стало резким и прерывистым. Я бережно опустил ее голову и поднялся, чтобы как следует осмотреть. На первый взгляд – никаких повреждений.

Халк громко гавкнул и лизнул ей щеку.

Я осторожно взял Микки на руки, и, прижимая к себе, понес в сторону дома. Она казалась такой маленькой и беззащитной и весила чуть больше воздуха. Сердце щемило от страха. Весь обратный путь к дому я разговаривал с ней. Микки не отвечала, но я почему-то был уверен, что она меня слышит. И это странным образом немного меня успокаивало.

Эш уже суетился на пороге. В голубых глазах плескалась паника. Он придержал для нас входную дверь, и я сразу же понес Микки на второй этаж. Вегас плелся следом, забрасывая меня вопросами, ответы на которые, мне и самому до смерти хотелось бы узнать.

Я занес Микки в свою спальню и положил на кровать, невольно подмечая, что Миссис Робинс уже успела замести следы утреннего беспорядка. Никаких смятых простыней, разбросанного белья и крышесносного тропического аромата возбужденной Микаэлы…

Когда голова Микки коснулась подушки, ее тихое «Дэйв» я скорее не услышал, а прочитал по дрожащим губам.

– Мы дома, милая, – я сел рядом, взял ее за руку и немного сжал.