3
0– Как это понимать? У него несколько жен?
Она спустила очки на кончик носа и взглянула на меня, как на назойливое насекомое.
– Простите, мисс Сантана, но это уже не мое дело. Если позволите…
– Конечно, – я попятилась спиной в сторону выхода. – Не буду вам мешать."
"Я снова поднялась на второй этаж и в этот раз решила забить на камеры, чтобы хоть что-нибудь выяснить о жителях этого дома. Маленькое рыжее чудовище следовало за мной по пятам, цокая когтями по деревянному полу. Первая попавшаяся дверь оказалась запертой, зато на следующей двери ручка любезно поддалась.
Это была просторная спальня, в центре которой стояла кровать королевского размера со сбитыми белыми простынями, словно ее владелец этой ночью видел тревожный сон. В воздухе присутствовал тонкий аромат табака, кедра и мускуса. Мне понравилось это сочетание.
В обстановке комнаты чувствовался мужской характер. Здесь было мрачно, прохладно и уютно одновременно. Черные матовые стены, стеклянный потолок, усеянный тысячей маленьких лампочек, мягкий кремовый ковер на полу и такого же цвета шторы. На северной стене, над кроватью, висело несколько монохромных картин с изображениями эротических женских силуэтов, а на южной – плазма размером с футбольное поле.
– Только попробуй на меня донести, – пригрозила я пальцем животному. – Помни, твоя жизнь в моих руках, приятель.
Пес завилял пушистым беличьим хвостом, и я расценила этот жест, как полное повиновение. Тихо закрыв за нами дверь, я стрельнула глазами по углам в поисках злополучных камер.
Пусто.
Может, здесь их вообще нет?
Мое внимание привлек высокий стеллаж из металлических труб и темного дерева, все полки которого были полностью заставлены всякими яркими вещами.
Черт, да это же самая настоящая хоккейная шайба!
Я сжала ее в руках. Она была теплая, тяжелая и пахла резиной.
– Хочешь сказать, что твой папочка – хоккеист?
Маленький засранец громко гавкнул и впился в меня своими черными, блестящими бусинками глаз.
– Окей, и кто же из них? – поинтересовалась я, возвращая шайбу на место.
Я перевернула одну из висящих на трубе медалей и кивнула.
– Так я думала, Его Мудачество Дэйв Каллахан.
– Вообще-то они оба хоккеисты, – раздалось за моей спиной.
Я вздрогнула и схватилась за сердце, проверяя, не выскочило ли оно из груди от испуга. Миссис Робинс вкатила в спальню тележку со стопкой чистого постельного белья и моющими средствами.
– Эш тоже хоккеист? – изумленно спросила я.
Женщина кивнула.
– «Чикагские Орланы», – с гордостью ответила она.
