Красная линия

– М-Микки, прости меня, – голубые глаза Скотта были полуопущены, губы дрожали, казалось, что каждое слово дается ему с большим трудом. – З-за это интервью. Просто они п-предложили хорошие деньги, и меня п-понесло. Я оч-чень сожалею. П-прости меня. Ну, и за… т-ты знаешь.

Мои брови взмыли вверх от удивления.

Извинения.

Лишь услышав эти слова, я поняла, как сильно в них нуждалась. Конечно, я смогу его простить. Однажды. Но моя память не позволит мне ничего забыть.

Сердце больно сжалось, и я почувствовала, как слезы подбираются к глазам.

Нет, только не это.

Никаких слез.

Только не перед этим предателем.

Я вздрогнула от неожиданности, когда на мои плечи легли крепкие руки Дэйва. Он чуть сжал их, будто говоря: «Я рядом», и пожалуй, впервые в жизни я почувствовала себя полностью защищенной.

– Отвези его домой, – тихо попросила я.

– Сам доберется.

– Ради бога, Дэйв!

– Я вызову ему такси, – ответил Дэйв, разворачивая меня к себе, и, заметив мой умоляющий взгляд, нехотя добавил: – и оплачу его.

– Спасибо, – произнесла я одними губами.

Пока мы ждали приезда такси, я сделала Скотту горячий чай и выпросила для него у Дэйва одну из его старых курток.

Все это время О'Брайан молча сидел на диване и пялился в одну точку. Его веснушчатое лицо уже порозовело, но дрожь все еще не прошла. Самые приветливые в мире лабрадорихи ни разу не подошли к новому гостю, чтобы его обнюхать, а проныра Халк не отходил от своего хозяина ни на шаг. Шпиц, словно почуяв взаимную агрессию парней, демонстративно занял сторону Каллахана.

Я усмехнулась про себя, наблюдая за поведением собак. Черт, эти умные четвероногие разбирались в людях гораздо лучше, чем я.

– Окей, уже выходим, – ответил Дэйв по телефону.

Скотт поставил пустую чашку на журнальный столик, поднялся на ноги и направился в мою сторону.

– Микки…"

"– Приблизишься к ней, и твоя трусливая тушка тут же превратится в обезображенный труп, – ледяным тоном предостерег его Дэйв, вырастая передо мной как Китайская стена.

Я посмотрела на прощание Скотту в глаза, и мой подбородок горделиво приподнялся.

Выкуси, ублюдок!

Глава 37

– Думаешь, я им понравлюсь? – спросила я, нервно сжимая в руках бумажный пакет с бутылкой неприлично дорогого вина, которое Дэйв купил по дороге из аэропорта.

– Думаю, что нет. Им никто не нравится. Даже я, – невесело усмехнулся Дэйв, нажимая на дверной звонок.

– Ты мне тоже не нравишься.

– Как и ты мне, Сатана, – Дэйв игриво толкнул меня плечом, и я едва не свалилась с лестницы в гигантскую, запорошенную снегом клумбу.

Снаружи дом Ричарда и Мелинды Каллаханов представлял собой величественное прямоугольное строение из темно-серого камня со множеством больших окон, выходящих на центральный сад, и черной черепичной крышей.