4
0Раздался грохот открываемой двери, потянуло по полу холодом, заверещали охонги.
— Бабы взять сюда, — послышался визгливый голос давешнего надзирателя.
— Что?.. — Берни попробовал подняться, но Лариди прислонилась спиной, прижимая его к полу.
— Я тха-нор Ноши, и когда я спрашивать, мне кланяться и отвечать, — орал иномирянин. Судя по звукам шагов, он приближался к стене, у которой держали пленных. — Вы сейчас отвечать, кто брат колдуна. Иначе бабы громко кричать. Долго кричать. А вы смотреть и слушать.
Бернарда грубо оттолкнули ногой в спину — он вмазался в стену лицом и, кажется, сломал нос. Рядом шла какая-то возня — и он невероятным усилием перекатился на другой бок, чтобы увидеть, как Лариди и еще двух серениток выдергивают из толпы пленных и швыряют к ногам надзирателя. За его спиной в двери ангара втаскивали чудовищные кресты из сколоченных наискосок досок. Кресты были бурыми от крови, но кое-где на дереве виднелись свежие алые разводы.
— Я спрашивать, — с нажимом сказал надзиратель, склоняясь над Лариди. — Кто брат колдуна?
Майор молчала, и иномирянин ударил ее по лицу. Дармонширцы, связанные по рукам и ногам, зароптали — и снова с окриками пошли вдоль строя десятки конвоиров, ожесточенно работая плетьми.
— Кто брат колдуна? — повторил тха-нор, доставая нож. — Говорить. Иначе тебя запороть на крест.
Пленница, лежащая на боку, со связанными за спиной руками, повернула голову к орудию пыток, побледнела — и что-то неслышно сказала, глядя на иномирянина."
"— Не слышать, — буркнул тха-нор, наклоняясь еще ниже, — и Берни увидел, как Лариди плюнула ему в лицо и рассмеялась злым сиплым смехом.
Она тоже хотела умереть быстро.
Побагровевший иномирянин схватился за нож, но остановил руку. Что-то рявкнул своим — и майора вздернули на ноги, а тха-нор схватил ее за шею и ударил коленом в живот.
Лариди задохнулась смехом, упала, корчась, на пол.
— Майор, — вскрикнула одна из серениток — и ее тоже ударили, потащили к одному из крестов. Вторую пока не трогали — ее охраняли двое иномирян.
Пленные орали, выкрикивая бессильные ругательства. Бернард, оставляя за собой кровавую дорожку, полз вперед, как червяк, пролезая между ног своих.
— Кто брат колдуна? — заорал иномирянин, обращаясь к строю. Дармонширцы молчали — и майора снова вздернули на ноги. Тха-нор ножом срезал с нее заляпанную грязью и кровью куртку, сорвал рубашку и белье — и, схватив за плечи, поставил перед строем. Майор глаз не опускала — зато среди дармонширцев воцарилась тишина. Мужчины отводили взгляды — а Берни двигался вперед, миллиметр за миллиметром.
— Сначала я сделать ей больно, и баба много кричать, — дергано пояснил надзиратель, обводя пленных ненавидящим взглядом. — Потом я ее бить кнут, и баба много кричать.
