4
0Вечер… а из твердыни они спаслись до полудня.
— Проснулись? — прозвучал над ее ухом голос Тротта.
— Почти, — сонно и смущенно пробормотала Алинка и подняла на него глаза. Инляндец выглядел уставшим: под глазами залегли тени и губы были сухими. — Профессор, вы целый день так меня несли? Зачем? Надо было разбудить.
Тротт остановился и аккуратно опустил ее на землю, прижимая к себе одной рукой. Заросший, полураздетый — только в полотняных, заляпанных кровью штанах и обуви. Принцесса посмотрела на себя — не пригрезилось: остатки его разодранной кнутом рубахи пошли на то, чтобы перемотать ей грудь и стянуть разорванные штаны полосой ткани наподобие кушака.
— Я пытался, — усмехнулся он незло. — Стойте, дайте я посмотрю. — Пальцы легко прошлись по ее голове и ребрам. От руки его шел холодок, отдающий покалыванием в местах бывших ушибов. — Вы отказывались просыпаться, а нам нужно было уйти подальше. Не беспокойтесь, я делал остановки, да и вы совсем легкая. Ну и пару раз пришлось вынужденно останавливаться, натыкался на лорхов.
— Вы их убили? — растерянно поинтересовалась принцесса, вмиг представив, как она спит на полянке, а рядом лорд Тротт сражается с гигантским голодным чудовищем.
— Ну я же стою тут с вами. — Инляндец невозмутимо приподнял ее подбородок, заглянул в глаза и кивнул удовлетворенно: — Зрачки в норме. Нигде не болит?
Алинка мотнула головой и зажмурилась — он провел исходящей холодком ладонью по подкрылку, нечаянно пощекотав короткие перышки там, где спина соединялась с крылом, и это оказалось очень приятно.
""Крылья""
Принцесса ойкнула, забыв обо всем остальном, завертела головой, затем догадалась вытянуть крылья вперед — они были покрыты черными, блестящими на солнце перьями.
— Думала, мне приснилось, — смущаясь, призналась она отступившему Тротту и потихоньку пощупала кончики. Скользкие, как шелк, плотные и прохладные.
— Я тоже после оперения все время их щупал и осматривал, — усмехнулся профессор и дернул своими — совершенно целыми. — Проверьте, идти можете?
Ноги держали довольно уверенно, немного лишь дрожали мышцы.
— Могу, — хрипло сообщила она и переступила с ноги на ногу, потянулась, оглянулась. Лес здесь был низкорослым и редким, кое-где виднелись отдельные валуны и скалы, покрытые мхом и кустиками ягод. Ягодник стелился под ногами пышным ковром и пах вкусной кислинкой. Алина вспомнила: Тротт называл эти ягоды ""оситши"", и они вкусом были похожи на туринский крыжовник.
— Тогда пойдемте дальше, принцесса. До темноты доберемся до родника, а пока нельзя терять время.
— Вы думаете, за нами опять будет погоня? — Алинка на ходу передернула плечами.
