Королевская кровь. Книга 9

А вот охонг Верши не успел — Алинка видела, как сцепились за спиной Тротта дар-тени и всадники, как меж деревьев показались еще охонги, снова завязался бой… Она зажмурилась, уткнулась лбом в куртку Тротта.

— Дайте мне воды, — приказал он.

Алина трясущейся рукой полезла в сумку — охонг так и несся по лесу, расцвеченному косыми низкими лучами солнца, — нащупала флягу, достала ее. Зубами вынув пробку, поднесла к губам Тротта — и, конечно же, пролила ему на куртку, но он ни слова не сказал, глотая так жадно, что стало понятно, как он устал. По лицу его тоже текла вода, но руки были заняты — и Алина, прежде чем попить самой, аккуратно провела пальцами по его губам и подбородку.

— Река, — сказал Тротт и она, извернувшись, посмотрела вперед. Их охонг бежал по редколесному пригорку, уже спускаясь вниз, и сначала Алинка увидела поднимающийся слева огромный горный хребет, темный, скалистый, освещенный вечерним солнцем, а затем только лежащую перед ним ленту реки. Боги, как еще далеко.

Река скрылась — они спустились ниже. Но Алинка успела заметить вьющихся над лесом раньяров. Только бы их не увидели. Только бы не заметили.

Они успели пробежать значительное расстояние, когда меж деревьев позади показались темные силуэты. Три охонга. Алинка сжалась — их нагоняли, но когда твари приблизились, оказалось, что на каждом сидят дар-тени. Верша был здесь, и любитель сладкого Утреша, и Рехта, что оставался в дозоре. Всего семеро. Не было двоих, что бежали с ними, и мрачного дар-тени с повязкой на голове и шрамами, Хорши, он где-то впереди следил за врагами.

— Где? — крикнул Тротт.

— Голову Неште отгрызли, — отозвался мрачно Верша, одной рукой управляя охонгом, а другой вытирая о штаны клинок, покрытый кровью. — А Тушту стрелами нашпиговали. Пусть души их примет Источник. И прахом даже одного нора не пустить, на щиты сил не хватает. Слабеет Источник-то, Охтор.

— Давно уже заметил, — Макс напряженно кивнул, мазнув щекой по Алинкиному виску.

— Ох, — Верша глянул через плечо — в этот момент опять раздалось тонкое верещание, — успеть бы до воды.

— Должны, — едва слышно пробормотал Тротт, еще крепче прижимая к себе Алинку. Она подняла глаза на его лицо — очень близкое, напряженное, со сжатыми губами, — и снова уткнулась лбом в его плечо. И тоже сжала руки крепче.

И вовремя. В бок их охонга врезалось что-то тяжелое — и они опрокинулись, и полетели на землю. И сломала бы Алинка шею, если бы не Тротт — упала она на него, и профессор подхватил ее, оглушенную, поднялся вместе с ней:

— Цела?

— Да, — просипела принцесса, с ужасом оглядываясь. Их охонг, встав на дыбы, нападал на сородича — на спине того истекал кровью ловчий, и ""богомол"" пытался добраться до него.