Дама с коготками

– Не надо волноваться, скорей всего, загуляла с мальчиками.

Да не гуляет Манька ни с какими мальчиками! Всех ее кавалеров – Дениску, Мишку и Сережку – после девяти не выпускают из дому.

Дрожащей рукой я стала тыкать в кнопки. В бюро трубку взяли на тридцатый звонок.

– Алле, – прогнусавил раздраженный голос.

– Девочка пропала.

– Как выглядит?

– Полненькая, волосы русые, глаза голубые, тринадцать лет.

– Особые приметы?

– Вроде никаких. Одета в джинсы, розовый пуловер и черные сапоги. Куртка «дутая» синего цвета.

Трубка помолчала, потом пролаяла:

– Приезжайте, есть похожая.

Зайка и Кеша, с побелевшими лицами, так дрожали, что никак не могли попасть в рукава курток. Всю дорогу до морга мы тупо молчали и внутрь вошли, держась за руки.

Мрачная баба выкатила каталку и сдернула грязную, бурую простыню. Я уставилась на труп, чувствуя, что отлегло от сердца.

Мертвой девушке было не меньше семнадцати. Крашеная блондинка, на животе шрам. Тут же находились вещи. Джинсы, но не «Levi's», и кофта – не розовая, а бордовая. Кровь бросилась в голову, уши загорелись огнем, стало невыносимо жарко, потом холодно, пол кинулся навстречу, и я потеряла сознание.

Резкий, омерзительный запах проник в ноздри. Глаза открылись сами собой. Надо мной, дыша в лицо перегаром, склонился санитар со смоченной нашатырем ваткой в руке. Я села на грязном полу. Каталку с трупом уже увезли. Какое счастье, что это не Маня. И какой все-таки ужас. Ведь у убитой тоже есть мать!

Зайка с Аркадием помогли встать. Спотыкаясь, я добрела до машины и упала на заднее сиденье. В салоне успокаивающе пахло Олиными духами и Аркашкиными сигаретами.

На всей скорости понеслись обратно. Но надежда оказалась напрасной. В растерянности сели в холле. Что делать? Почему Машка не позвонила? И тут зазвонил телефон. Я схватила трубку и прохрипела:

– Алло!

– Добрый вечер, – вежливо сказал не то женский, не то мужской голос. – Надеюсь, вы не очень испуганы? Машенька у меня, жива, здорова и передает вам привет.

– Кто вы?

Голос тихо засмеялся:

– Не могу прямо ответить на этот вопрос.

– Что вы хотите?

– Немного. Всего сто тысяч долларов, для вас не слишком крупная сумма. Обязательно мелкими купюрами – по десять и двадцать баксов. Сложите их в сумку. Завтра в 22.00 позвоню и скажу, что вы должны делать дальше. И еще…

– Что?

– Дорогая, к чему такая торопливость! Во-первых, вы прекратите свои дурацкие расследования и никому не скажете о том, что сообщила вам в «Скорой помощи» умирающая Марина.