2
0Синьор то ли отношение своё хочет показать, то ли послал своих подчинённых узнать причину моего появления, то ли проверяет, сколько я готова терпеть ради встречи, ведь человек, которому ничего не нужно, уйдёт через полчаса-час, а то и раньше.
Я сижу, сохраняя на лице приветливую улыбку.
В ладони появляется мобильник, и я вздрагиваю. Как невовремя! Секретарь бросает на меня острый взгляд. Я отвечаю вопросительным взглядом, и секретарь снова утыкается в бумаги.
Я же, пользуясь тем, что за бедром мобильник не видно, перевожу взгляд на экран.
«Душа, компенсация зачислена.
Нет, чуть позже, благо таймер к сообщению никто не прикрутил. Теоретически, я могу откладывать бесконечно.
Дверь кабинета резко открывается, и в приёмную выходит крупный мужчина с шикарной вьющейся шевелюрой. Снежно-седой, лицо изрезано морщинами, но глаза ясные и злые.
Секретарь моментально испаряется.
Я медленно поднимаюсь, попутно отбрасываю мобильник, уверенная, что он тотчас исчезнет, исполняю реверанс.
Синьор презрительно фыркает, молча рассматривает меня с минуту.
Я тоже молчу.
И дожидаюсь едкого вопроса:
— И что же случилось у барона, если он отправил тебя ко мне за деньгами? Пфф!
А всё гораздо хуже, чем я ожидала…
— Синьор Катц, я пришла не за деньгами. И вы заблуждаетесь, считая, что меня подослал барон.
— Ха, уясни сразу, девочка. Денег не будет.
Глава 14
Хм, я бы не была так уверена.
— Синьор Катц, я повторюсь. Я пришла не для того, чтобы просить денег. Мне хватит трёх минут вашего внимания, а дальше, я уверена, вы сами захотите продолжить разговор.
— Что же, проходи.
Он скрывается в кабинете.
Когда я переступаю порог и плотно закрываю за собой дверь, синьор уже сидит за внушительным рабочим столом, опирается локтями на столешницу, пальцы сцеплены в замок. Смотрит на меня неприязненно, демонстративно враждебно, а на столешнице лежат карманные часы. Я не могу издали рассмотреть бег стрелок, но мне и не нужно. Вместо трёх запрошенных минут мне хватит одной.
Стул для посетителей стоит, но синьор мне его не предлагает, и я остаюсь на ногах.
— Синьор Катц, до меня дошли сведения, источник которых я не могу назвать.
Презрительную невозмутимость я пробила навылет. Синьор откидывается на спинку своего троноподобного кресла, будто желает отстраниться от моих слов. Его ладони опускаются на столешницу.
— Ты понимаешь, что ты сейчас говоришь? — хрипло спрашивает он.
