2
0Дела делами, а с дедушкой следует поздороваться, пожелать ему хорошего дня и извиниться, что утренняя шахматная партия не состоится. Я ловлю себя на том, что мне искренне жаль. К шахматам я равнодушна, учиться игре я не собираюсь, но мне приятно, что синьор Катц от души наслаждается нашей игрой.
Окинув меня цепким взглядом, он понимает без слов:
— Тали, тебе не кажется, что ты спешишь с наймом? Всё же, у тебя ещё ничего нет, кроме свидетельства на землю и лицензии.
— Скоро будет, дедушка. Не волнуйтесь, мы с Эданом всё тщательно рассчитали.
— Тщательно… Ты помнишь, что я не переведу дополнительных денег, пока не увижу смету, в которой каждый пункт будет обоснован?
— Дедушка, конечно, помню.
— Да?
— Вы очень скоро в этом убедитесь.
— Хорошо. Успеха, Тали. С нетерпением жду хороших новостей.
— Спасибо, дедушка!
Вот теперь можно ехать.
Я слетаю по ступенькам, и Эдан закатывает глаза, но благоразумно помалкивает, лишь подаёт мне локоть, а потом помогает забраться в салон экипажа. Правда, извозчику он приказывает не трогать, а гнать.
Уже в экипаже Эдан пересаживается на сидение ко мне, лицом по ходу движение, а освободившийся диванчик использует вместо стола и раскладывает папки:
— Тали, как я это вижу. Сперва мы должны убедиться, что претендент вообще годен на работу официантом. А уже на втором этапе отбора оценивать привлекательность.
— Согласна.
— Я рассортировал претендентов по цветам волос. Ты же говорила, нужны разноцветные, вот и будем набирать из каждой группы. В первой папке блондины, во второй — русые, потом шатены, отдельно рыжие и последняя папка — брюнеты.
— Верно. Тебе, например, девочки нравятся светленькие или тёмненькие? Кто-то с тобой во вкусах совпадёт, кто-то нет, и наша задача зацепить, как можно больше.
— Мне нравятся умные, — Эдан оттопыривает нижнюю губу и поспешно отворачивается.
А в следующую секунду вздрагивает, потому что под сидением начинается неясная возня. Эдан вскакивает и невесть откуда выхватывает нож, в другой руке у него появляется кристалл на цепочке. Я ошеломлённо хлопаю глазами. Ничего себе мальчик…
— Мря? — с видом полнейшей невинности из-под сидения выбирается Фырь, демонстративно встряхивается и задней лапкой стряхивает пылинки с кончика хвоста на Эдана, а затем ловко запрыгивает наверх и плюхается ко мне на колени.
— О, я знаю! Я буду звать тебя Врединка, м?
— Мр-ря.
Со смешком я запускаю пальцы в мех, чешу за ухом, и фырчание плавно переходит в тихое мурчание, дух почти не издаёт звуков, но ощутимо вибрирует. Можно не сомневаться — от удовольствия.
Вскоре экипаж останавливается перед кафе, которое на время станет нашим испытательным полигоном.
