Измена. Не твои дети

Так и живу все три года. Как кисейная барышня терпя домогательства больно настойчивой «второй половинки»

Ситуация настолько же смешная, насколько и страшная. Кому скажи – не поверят.

Вот и Дана не верит:

– Что ты молчишь? Кто эта девка?! Да любой нормальный мужик был бы счастлив меня поиметь! А ты по другим бабам бегаешь! – не выдержав, взвизгивает крикливо.

– Ты точно в этом уверена? Про мужиков и про счастье. Наверное, поэтому тогда было так «много» желающих спасти твою репутацию? Никто не захочет связываться с эскортницей, Дана.

– Но ты же «связался»!

– И сильно об этом жалею.

Однажды, влипнув во всю эту грязь, ты уже никогда не отмоешься. Зря вы с отцом думаете, что выскочив замуж, можно прикинуться Магдалиной. Но не мне тебе объяснять. – Честно сказал, выходя из квартиры.

Три года назад мне было абсолютно плевать, чем занимается девушка, чей отец станет инвестором фирмы, которую я создал с нуля.

Мне по сути вообще было плевать на все, кроме этой компании.

Не каждый поймет. Но когда ты пацан из детдома, а все кто попадаются на пути – меркантильные су*и, сложно мечтать о прекрасной принцессе. Потому что отчетливо понимаешь, что сам от принца далек.

И поэтому ты начинаешь мечтать о деньгах, тачках, квартирах. О лучшей жизни, которой никогда и не видел.

Мечты приземленные и циничные, да. Но ради них ты жрать землю готов.

Однако… время идет. Приоритеты меняются. А отпустить те мечты по-прежнему сложно из-за страха вновь оказаться на дне.

Ведь, как показала практика, ни одной принцессе нищий принц будет не нужен. Такое только в сказках бывает.

А я в сказки не верю давно.

7

Он приехал ко мне среди ночи. В растрепанных чувствах. С характерными темными кругами под глазами.

И потухшим взглядом.

Взглядом затравленного, загнанного в ловушку зверя. Сильного, но сломленного."

"Я сразу поняла, что что-то не так.

Смотрела не дольше секунды. А потом переступила порог босыми ногами ступая на лестничную площадку. Обвила его шею руками и обняла так крепко, как только могла.

Он дышал тяжело и отрывисто.

Аккуратно положил руку на мою талию, лишь на миг прижимая к себе. Уткнулся в волосы носом, вдыхая мой запах. Еще через секунду отстранил от себя.

– Что-то случилось…? – открыла дверь шире, безмолвно приглашая пройти.

Посмотрел, но с места не сдвинулся. Молчать продолжал, и это молчание было слишком пугающим. – Макар…?

– Я люблю тебя, – эти слова Макар не произнес, а будто бы выдохнул. Будто они жгли ему душу и нужно было срочно избавиться. – Но… – сказал и осекся.

Это «но» так больно ударило, словно меня по щекам отхлестали.

Обняв себя руками, посмотрела с неверием.

– Макар… – я уже понимала, что он хочет сказать. С таким взглядом не приходят признаться в любви.

С таким взглядом приходят, чтоб бросить.