4
0
«Перед лицом абсолютной силы любые хитрости теряют смысл. Я и есть эта сила!» — властно скомандовал я своей сути.
Моё тело отозвалось на приказ, как отборная гвардия на зов императора — беспрекословно и абсолютно. В этот момент я был не Прохором Платоновым, а Хродриком Неумолимым — воплощением несгибаемой воли, которая когда-то объединила этим земли под единым знаменем.
Медленно, сантиметр за сантиметром, контроль переходил ко мне. Вихревые копья замерли в воздухе, дрожа от нашего противоборства. Воздух между нами искрил от напряжения, создавая миниатюрные молнии. Кощей рычал, вкладывая всю мощь в ментальную атаку.
И в этот момент Ярослава нанесла свой удар. Пока мы с Лордом боролись, она подобралась сбоку и вогнала свой аркалиевый скрамасакс в паучью лапу, прибив её к земле.
Эффект был катастрофическим для Кощея. Антимагический металл мгновенно заблокировал течение энергии в его теле. Лорд взвыл от боли и ярости, а я, воспользовавшись моментом, полностью перехватил контроль над заклинанием.
Воздушные вихри развернулись и ударили Кощея в грудь. Вращающиеся буравы впились в хитиновую броню, разрывая её в клочья. Чёрная кровь хлынула из глубоких спиральных ран. Но Лорд был живуч — с рыком он выдернул пронзённую лапу, разодрав её вклочья о лезвие скрамасакса, но вернув себе способность к магии.
Вот только, это сместило фокус его внимания, делая уязвимым.
Я прыгнул с места, используя всю мощь Медвежьей силы, упав прямо на массивную грудь врага. Не давая ему опомниться, я вогнал собственный аркалиевый скрамасакс глубоко в рану от заклинания.
— Довольно! — прохрипел я, ломая древко глефы.
Чудовище качнулось, захлёбываясь от внезапной пустоты в себе.
А я активировал Каменный кулак, и с криком ударил по торчащему древку, как молотобоец по клину, забивая его глубже в грудь твари.
Кощей захрипел. Ментальные помехи накрыли мой разум разрушительной волной. Одна монструозная конечность схватила мою правую руку, сжимая с чудовищной силой. Я услышал хруст — все кости внутри разом переломились. Боль была настолько невыносимой, что я даже не смог закричать.
Вторая огромная рука легла на мой череп. Давление нарастало — ещё немного, и голова лопнет, как орех. Виски пульсировали агонией, в ушах нарастал звон, а перед глазами плясали алые пятна. Каждый удар сердца отдавался в черепе молотом, грозя разнести его изнутри. В отчаянии я выпустил Каменное лезвие прямо вверх — заклинание пробило чужое запястье насквозь, но Кощей даже не дрогнул, продолжая сжимать хватку.
Я уже видел приближающуюся тьму, чувствовал, как трещит черепная коробка…
И вдруг давление исчезло.
