Их новогодний подарочек (СИ)

Когда я в последний раз чувствовала защищенность в отношениях? Наверное, никогда, да? Пожалуй, это защищенность себе дарила я, пока меня не сломали определённые события с моими бывшими.

Я всегда ведь все решала сама, а тут…неожиданно приятно получать «мы поможем, мы оплатим, мы сделаем». И как так вышло, что совершенно зеленые парни оказались в разы мужественнее всех тех мужиков, которые когда-либо подкатывали ко мне? Как?

Демид вперился в меня грубым взглядом и проехался пальцами по нижней губе, в очередной раз ударяя меня током от грубой ласки.

Все внутренности скукоживались от напряжения. Данька толкнул меня на сидении так, что теперь я полностью уложилась в него, и начал медленно опускаться к талии, поддевая кофту и оголяя живот.

—Так вот, Ленок, — рука Дани мягко поднималась выше, а затем и вовсе остановилась на промежности, слегка надавливая, отчего я тут же сдавленно застонала в губы Демиду, опустившему лицо к моему. Магнетический взгляд будоражил, заставлял плавиться.

—Да, — прошептал старший, цепляя мои губы своими, выдыхая огненный воздух мне в рот.

Несмотря на то, что в машине было ощутимо прохладно, я это больше не ощущала, ведь рядом со мной были источники открытого огня, в котором я сгорала дотла.

По губам будто бы проводили раскаленной лавой, но нет. Это Демид водил языком, мягко толкаясь в рот, но при этом тут же отводя голову назад. Словно старался меня раззадорить, но на деле только толкнул в ад.

—Так что, Лена, согласна стать Авраменко? Говори, — Данька надавил на шов моих джинсов, вырывая из горла еще один стон.

Методично водя по кругу, он снова и снова цеплял складочки в наиболее удачной позиции для получения максимального наслаждения.

Никогда бы не подумала, что буду способна заниматься такими вещами в машине без зазрения совести. Да что там. Какая совесть вообще? Ничего не способно меня оторвать от братьев, совсем ничего, даже если сейчас ад под ногами разверзнется.

Я раздвинула ноги шире и запрокинула голову, мечтая, чтобы все это продолжалось вечно, пока старший из братьев пробирался под кофту к груди.

Секунда, и вот мои соски оказались в плену проворных пальцев, прокручивающих горошинки до ярких вспышек перед глазами.

Еще мгновение, и пальцы сменились губами, затем и языком. А затем на грудь обрушились жалящие поцелуи на грани боли, пока Данька расстегнул джинсы и стянул их с меня по уже влажному телу с особым трудом.

Меньше всего я думала о моральной стороне происходящего и отдаленной частью мозга успела поблагодарить парней за тонировку на стеклась. И даже тех, кто придумал ее.