Именно так моя мама с легкостью обозначила место, где людей обычно должны спасать.
—Зачем? Чтобы меня родная дочь поносила? — она всхлипнула и приложила руку к лицу, скрывая от меня глаза.
Начинался концерт, вот только не хотелось бы доводить ситуацию до абсурда и снова вызывать скорую. Я медленно подошла к столику, где были разложены баночки и коробки с таблетками, и мой взгляд зацепился за медицинский бланк скорой помощи.
Зацепился и не хотел отцепляется, точно как банный лист к заднице прилипает в парилке."
"Вся паника спустилась в унитаз моих сожалений и проснувшихся к матери чувств.
Ну нет, мам. Ты серьезно? Вот ты серьезно? В самом деле? До такого дойти — надо быть просто нечеловеком, или тем мальчиком, который настойчиво кричал «Волки! Волки».
В дверь позвонили, затем постучали.
—Знаешь, мама, я вот думаю, есть ли то дно, куда ты так настойчиво падаешь. Каждый раз просто все ниже и ниже. Кажется, что вот оно дно, а нет…с той стороны постучали, нам на следующий минус пятый этаж, пожалуйста, — закусив губу, я смотрела, как до матери начало медленно доходить сказанное.
Ну так палиться — это смешно.
И мерзко.
Опять звонок в дверь. Да что ж такое. А кажется, я знаю…
Глава 21
Я только подошла к двери, как сразу услышала возню, еще и отборную брань.
—Господи, что происходит? — я шагнула в подъезд, но на меня метнул злющий взгляд Демид, таким образом заставляя замереть на месте.
—Может это ты нам расскажешь, что случилось, Ленок, а? Какого такого хера этот хуй с горы приперся сюда наперевес с веником? М? А что это тут у нас? — Данька подхватил пакетик, выудил оттуда бархатную коробочку и вмиг открыв ее, развернул к Диме, следом ко мне. —Это че такое, Лена?
Мой язык отказывался шевелиться, серьезно. Я потрясённо смотрела на парней, на кольцо, на ни в чем не повинный букет на грязном полу подъезда.









