5
0
И вот это «пока» мне отчего-то совсем не понравилось, как и хищный блеск, промелькнувший во взглядах братьев. Нет, не накрутила я себя, точно не накрутила."
"Ужин прошел в напряженной обстановке, правда, из всех троих напряжена была только я. Демид молча уплетал содержимое своей тарелки, лишь изредка на меня поглядывая, а Даня сокрушался над тем, какая Васька, ой простите, Василиса… — стерва.
— Она не стерва, — не согласилась я, все-таки Вася моя подруга.
— Она танк в юбке, — ухмыльнулся Данька. — Бронетранспортер, блин.
— Перестань, Вася не такая, — я слушала Даню и его причитания и никак в моей голове не сочетались его слова с образом Васьки, которую я знала.
— Ага, гном, а нас за яйца держит всех, — заржал Данька, — слушай, а может, раз уж вы подруги…
— Даже не думай, — рявкнула я, сама от себя не ожидая. Вообще я планировала молча поесть, прибрать и исчезнуть из поля зрения этих двоих, чтобы не отсвечивать лишний раз. Слишком много тестостерона для одного дня.
Но один лишь намек на халтуру, практически привел меня в бешенство. Я всю свою жизнь ненавидела разгильдяйство. А потом в универе насмотрелась на бездарей и лодырей.
И, наверное, видок у меня сейчас был тот еще, потому что Данька мгновенно изменился в лица, кадык на его шее как-то нервно дернулся, Демид и вовсе перестал поглощать еду, так и зависнув с вилкой в руке в паре сантиметров от своего рта.
— Что? — сглотнула подступивший к горлу ком.
— Ты поела, Лен? — осевшим голосом спросил Демид, откладывая вилку в сторону.
— Д…да, — ответила, глянув на почти пустую тарелку.
— Ты тогда это… иди к себе, не знаю, отдохни, у нас потом вопросы будут, с английским нам поможешь.
— Да, Лен, иди.
— Но, — я хотела было возразить, в конце концов с моей стороны было бы некрасиво не убрать со стола.
— Лена, иди, — настойчиво повторил Демид.
Я не поняла сначала, а потом наткнулась на взгляды хищные, на ладони в кулаки сжатые, на челюсти до скрипа зубов стиснутые и поняла, что — да, наверное, мне сейчас лучше уйти. И не могла я ошибиться, точно считав их реакцию.
От греха подальше поднялась с места и исчезла из кухни, сверкая пятками. Черт его знает, когда звери эти, хищники, свои клыки обнажат и в погоню пустятся. Захлопнув дверь в комнату, оперлась спиной на холодную деревянную поверхность, прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов, успокаиваясь.
А перед глазами так и стояли взгляды порочные, похотливые даже, в ушах звенело настойчивое «иди».
