Тест на отцовство

Степень моей тревоги и напряжения, вдруг перещелкивает. Мне становится все равно. Нужно быть там, где важнее, вот и все... Я Чадова тут не оставлю.

Смирившись, ложусь на ворсистый ковер рядом, разглядывая его профиль. Ладонь держу на его сердце."

"- Вот так вот... Пока не сдохнешь... Ни одного признания от тебя не добьешься.

- Верни телефон, пожалуйста.

- Неа, - отрицательно мычит.

- А тебя током ударило? - прикладывает ему ко лбу фонендоскоп Стёпа.

- Ага.

- А зачем такая штука?

- Для самообороны. Ты там чего слушаешь, Степаха?

- Мозги...

- Нет их там, - вздыхаю я.

- А где у тебя мозги? - озадаченно поднимает головку фонендоскопа Стёпа.

- В позвоночнике у Бориса Егоровича мозги. Одни инстинкты, рефлексы, порывы.

Чадов улыбается.

- И если тебе голову разбить ничо не будет?

- Э... - опасливо косится на него Чадов. - Это что ещё за исследовательские инициативы?

- А почему я ""в батю"" раматолог какой-то? - озадаченно спрашивает Степа.

Мы оба молчим.

- Чадов, отдай хоть ключи, я в аптеку схожу.

- Не. Ты сама - лекарство.

- Чадов, ты же медик! Я куплю корвалол и глюкозу. Неужели ты думаешь, что я брошу тебя в таком состоянии.

- Если ты уйдёшь, я сдохну здесь.

- Шантаж...

- Практика показывает, что это работает, значит, будет шантаж. Только с той разницей, что Крынский тебя обманывал, а я говорю правду. Как ты там говорила - лучше оказать помощь симулянту, чем ошибиться и не оказать тому, кто нуждается. Всё ещё в силе?

- Наверное, нет, - опуская взгляд, убираю назад упавшие на лицо волосы. - Я стала злее... равнодушнее... Я перестала верить в людей.

- А как же святой Роберт?

- Ты думаешь, я не вижу его недостатков? Вижу... Но он хотя бы ни разу не обманывал мои ожидания, - пытаюсь защитить честь мужа, и осекаюсь.

В памяти всплывает тот документ в сейфе.

Обманывал…

- Глюкоза бы не помешала. Что-то я маяки ловлю. Крыша едет. Сделай чаек, детка.

- Я сейчас...Стёпа! Глаз с него не спускать.

У Бориса нет электрического чайника, у него брутальный стальной для газовой плиты какой-то немецкой марки.

Растерянно ищу спички или зажигалку. У меня плита индукционная, с газовой я дел не имела.

Мне так необычно хозяйничать здесь. Все очень непривычно. Пальцы задерживаются на гладких деревянных ручках и дверцах.

- Вот так, - неожиданно подойдя сзади, включает Борис.

Конфорка вспыхивает сама.

- Ты зачем встал?!

- Степаха голодный...

- Сядь немедленно!

Грею им ужин.

Борис со Стёпой уплетают жаренную картошку прямо со сковороды. Так аппетитно, что я без конца сглатываю слюну.

- Мама, вкусно! - уговаривает меня попробовать Стёпа.

Борис вкладывает в мои руки вилку. Подцепляю немного.

Это и правда безумно вкусно. И так вредно, кошмар просто. В нашем доме жаренная картошка - табу.

Но Стёпа счастлив...