Тест на отцовство

Реанимацию рот в рот кто делать будет?.. Даже Степаха, вон, подсказывает...

Слёзы от облегчения льются ручьями.

Поднимаю его кисть, один в один как у Стёпы, только крупная, крепкая. Там ожог от электрода, словно укусила огромная змея.

Прижимая к лицу, реву, целуя в ладонь на эмоциях.

- Мля... вот это ты, Степаха... разрядил обстановку... - хрипит Чадов.

Дёргается, пытаясь встать. Но обессиленно ложится обратно.

- Реа… ниматолог... В батю весь…

Я не одергиваю. Пусть что угодно говорит... Главное, что он живой.

Я очень его люблю! - остро чувствую в груди это болезненное невыносимое чувство.

- Мм... - стонет он. - Руку не чувствую...

- Тише... Тише... Лежи! Я Скорую вызову.

- Нахрена?

- Пусть кардиограмму сделают. И вообще тебя наблюдать теперь надо минимум сутки. Где мой телефон?!

- Неа... - упрямо. - Не отдам. Наблюдай сама, Юль. Фонендоскоп возьми... Внизу... В тумбе под кактусом. Аптечка там.

Я не спорю с ним, он упрямый как баран! И все равно упрется. А первую помощь надо оказать.

- Не вставай!

- Шутишь?

- Стёпа! Посмотри за Чудом своим! - командую я.

Прихватив от греха шокер. Спускаюсь вниз. Выключив, прячу его повыше . Прихватив аптечку и фонендоскоп спешу обратно.

- Стёпа?!

Выходит из ванной с мокрым полотенцем. Когда у меня болит голова, он так заботится обо мне, делая компрессы.

Кладёт полотенце на обожженную ладонь.

Сосредоточенно слушаю фонендоскопом сердце.

- Доктор, помогите... - шутит вяло Чадов. - Я буду жить?

- Буду ""надеяться изо всех сил""....

- А хорошо буду жить? С тобой?

Не отвечая на провокации хмурюсь, закрывая ладонью его рот. И снова слушаю сердцебиение.

- Нарушение сердечного ритма.

- Ну само собой... Меня любимая женщина не целует. ""Я самый больной в мире человек!""

Ощупываю его тело.

- Чувствуешь?

- Ниже...

Ребра, живот...

- Ещё ниже... Надо проверить генератор потомства. А то как мне тебе предложение делать?

- Чадов... - вздохнув, замираю.

Стёпа отбирает у меня фонендоскоп и слушает Бориса во все места.

Ищу в аптечке что-нибудь подходящее.

- Что ж у тебя для сердца ни одного препарата?

- Моя сердечная болезнь таблетками не лечится, - хрипит он. - Она одной бестолковой барышней лечится. Приложите ее к ране, пожалуйста...

Прислонившись к стене, сижу рядом, сжимая его здоровую руку.

- Я всё слышал... Что ты там говорила.

- Я испугалась за тебя. Не надо пожалуйста…

Закрывает глаза.

- Холодно...

Поспешно укрываю его одеялом, которое лежит рядом.

- У-у-у... - играет Стёпа с фонендоскопом, приближая и отдаляя акустическую головку от губ.

- Степаха, иди, я тебе как самолёт взлетает покажу.

Показывает ему несколько старых звуковых игр с фонендоскопом.

А я выпадаю во фрустрацию от происходящего. Что Роберт ждёт там, что я обещала... и что не смогу уехать сейчас! Нельзя же Чадова оставлять.