8
0Костя, ты уже отвез Юлю и вернулся? — вскидывает бровь Платон.
— Э, нет. Я пакеты из магазина забыл в багажнике, хочу оставить.
Платон уступает ему дорогу, но не мне. Чертовски хочется убежать из квартиры Дмитриевых, как в предыдущие дни до этого, но не получится.
Сегодня нужно дождаться возвращения Кости.
Костя что-то крикнул с кухни, но в тот же миг Егор на моих руках при виде Платона заревел белугой. Еще бы. Сбой режима. Дедушка уже дома, а мамы еще нет.
Быстро скинув свою одежду и раздев Егора, бегу вместе с ним на кухню. Там Костя как раз закончил раскладывать продукты из пакетов.
— Лея, за все время, что я тут живу, Платон ни разу не приходил с работы так рано, — шепчет мне Костя.
Ну зачем ты такую конспирацию наводишь, хочется мне сказать ему, сам же ведь ему повод и даешь…
— И что? — спрашиваю тоже шепотом. — Подумаешь! Это ничего не значит!
Платон громко прочищает горло, и я опять вздрагиваю.
Отвратительное чувство, как будто меня поймали на чем-то противозаконном! Но я ведь ни в чем не виновата!
— Удачи, — громко говорит Костя. — Я скоро вернусь.
Вроде как желает удачи с Егором, но я знаю, что Егор это цветочки.
Ягодка-то вот она — разъяренный Платон, которого я столько времени избегала. Впервые с того безумного вечера я должна остаться с ним наедине.
Глава 21. Срыв
Кошусь на настенные часы. Неудивительно, что вода никак не закипит, Костя ушел только десять минут назад! Зато мои нервы натягиваются, как струны.
Слышу, как за моей спиной Платон распахивает холодильник.
— Так где вы с Костей были, Лея? Ты не ответила.
— А?
Впервые я так сильно радуюсь громкой истерике Егора. Можно сделать вид, что ничего не слышно.
— Сейчас, моя лапушка, сейчас мы тебя накормим…"
"Платон хлопает дверцей холодильника.
И главное, мне же все равно нельзя рассказывать ему правду. Я не могу выдавать Костину тайну. Захочет — сам расскажет семье о своем новом увлечении.
Тут Егор, как назло, смолкает. Ну что же ты замолчал, мой хороший? Вопи, как раньше!
— Я спрашиваю, где вы с Костей были? — тут же повторяет Платон.
Отвертеться, что я его не расслышала, уже не выйдет.
Таких ярких зеленых глаз, как сейчас, я у Платона еще не видела.
Он смотрит на меня в упор, сканирует каждое движение. Чувствую себя на допросе, где все улики работают против меня.
— Ну… Мы гуляли.
Платон суживает глаза.
— С Егором, — добавляю поспешно.
По тому, как он стискивает челюсть и играет желваками, понимаю, что мой ответ срабатывает, как подтверждение худших предположений.
