Я хочу твоего мужа

От угрюмого созерцания цветов меня отвлекает деликатный стук в дверь:

— Хозяйка, — на пороге прораб, — я тут это…

Мнется, смотрит на небрежно брошенный букет. Потом прокашливается и продолжает:

— Вы же их выбросить хотите?

— Так заметно? — криво усмехаюсь и отворачиваюсь.

— Заметно. Когда женщина рада цветам — у нее глаза блестят, и улыбка появляется, как у маленькой девочки.

— Вы чего-то хотели?

— Я подумал…если они вам не нужны…Могу я их забрать?"

"Я не спрашиваю зачем они ему, и кого он хочет порадовать, просто передаю букет в его руки, и чувствую при этом облегчение.

Правда длится оно не долго, потому что вечером, когда рабочие выходят из кафе, навстречу им попадается Леша. Надо видеть, как вытягивается его лицо, когда он узнает этот веник. Смотрит на него, потом на меня, и в глазах такая искренняя растерянность, что мне почти смешно. Почти.

Безразлично жму плечами и ухожу в кабинет, прекрасно зная, что муж пойдет следом.

* * *Так и есть. Слышу его шаги за спиной и морщусь. Нарыв на душе хоть и прорвался, но еще неизвестно, сколько будет болеть сама рана, затянется ли она или все-таки сожрет мои чувства полностью. Она и так уже всасывает то, что у нас осталось.

Несмотря на давление в подреберье, чувствую апатию. Будто эмоции скрутили на минимум. Не злюсь — потому что жалко натянутого спокойствия, которое кое-как удалось обрести, не ревную — мне реально насрать, пусть что хочет, то и делает. А самое странное, что даже если бы меня пытали, выкручивали руки и ноги, я бы не смогла сказать ему простое «я тебя люблю». Это раньше я легко бросалась такими словами, а теперь строго дозировано, по особым показаниям. Сейчас таких показаний нет, и не предвидится.

— Ничего себе, — присвистывает он и выглядит очень удивленным, заглядывая в развороченные ремонтом помещения, — просто руины. Я в шоке.

Нет, все-таки злюсь.

— Так ты бы чаще интересовался, как дела у твоей жены, тогда бы для тебя это не стало сюрпризом.

— Я просто…

— Ты просто был очень занят развозом левых баб вместо того, чтобы помогать мне, — ласково улыбаюсь, — ничего страшного. Я понимаю. И, как видишь, прекрасно справляюсь сама.

Он мрачнеет, его улыбка, с которой он приехал, постепенно гаснет.

Я не могу понять, он действительно думает, что стоит немного подождать, поулыбаться, и все пройдет? Само собой рассосется?

— Я просто хотел поддержать беседу, — кисло заканчивает фразу Леша.

— Увы, такая поддержка мне и даром не нужна, — я развожу руками.

— А какая нужна? Ты скажи, я сделаю все, что в моих силах.

— В санузле не до конца старую плитку отбили. Вперед.

Березин удивленно хлопает глазами, потом снимает пиджак и с мрачной решимостью закатывает рукава.

— С ума сошел, — кручу у виска.

— Я сделаю все, что ты скажешь.