Я хочу твоего мужа

Леша, по-моему, принял только озверина, и теперь с пеной у рта готов отстаивать свою подростковую независимость.

У меня на это больше нет сил.

Знаю, что сдаваться нельзя, что надо бороться. Но с кем? Если мы с ним теперь по разные стороны баррикад? Получается бессмысленная борьба, за заведомо бесполезный приз.

Эта боль выматывает. Мне кажется, что кровоточит каждая пора, а любое шевеление отзывается диким жжением в груди.

За что он так со мной? С нами? Неужели пасьянсы с Мариной того стоят?

Мне нужно отвлечься. И я не знаю лучше способа, чем работа.

Нужно сделать так много! Теперь, когда проверки прошли, можно вызывать клининг, дизайнера, ремонтников. Присматривать новую мебель. Обновить меню. Есть чем заняться. Есть в чем утонуть с головой и ни о чем больше не думать.

Погорелое кафе привычно встречает меня запахом паленого и черными потолками. Сегодня тут непривычно тихо — сотрудники в мини-отпуске. Я сама их туда отправила, и теперь не знаю, радоваться или грустить. Радоваться — потому что я тут совсем одна, грустить — по той же причине.

Не торопясь, обхожу свои покореженные владения, задерживаясь у места возгорания, вздыхаю и, вернувшись в кабинет, открываю ноутбук.

Сначала приходится насильно заставлять себя сосредотачиваться на рабочих вопросах, но постепенно втягиваюсь. И у меня начинает получаться.

Мне удается договориться о встрече с дизайнером, у которого обычно очередь на несколько недель вперед. На этом везение не заканчивается — строительная бригада тоже находится быстро и готова приступить к работе уже в выходные.

Вселенная благоволит мне, будто нашептывая: вот видишь, все не так и плохо. А будет еще лучше, надо только немного потерпеть.

Потом меня заносит на сайт, специализирующий на оборудовании для кофейни, и все, я пропадаю. Так увлекаюсь подбором всяких мелочей, что выпадаю из реальности, и пропускаю тот момент, когда в кафе кроме меня появляется кто-то еще.

Только когда раздается тихий стук по косяку, я вздрагиваю, чуть не завопив от страха, и подскакиваю на стуле.

На пороге стоит Леночка, прижимая к груди сумочку. Вид у моей помощницы, такой, что у меня екает где-то под коленками. Она несчастная, волосы собраны в неопрятный хвост, на лице огромные солнцезащитные очки, но даже с ними видно, что она плакала.

— Что случилось? — спрашиваю, встревоженно поднимаясь.

Может, я не слишком правильный начальник и не умею держать рабочую дистанцию, но проблемы сотрудников всегда воспринимаю очень остро.

— Лена?

Она качает головой и судорожно втягивает воздух. Кажется, снова собирается реветь.

— Лен, не пугай меня, — подхожу ближе, обнимаю за плечи и тяну в кабинет."

"Она неподатливая, жесткая, как палка, но дрожит.

— Садись. Выпей водички, — отдаю ей свою нераскрытую бутылку минералки.