На крыльях

Честно говоря, даже не верилось, что вскоре мы с подругой не просто окажемся на крутейшем рок-фесте, а увидим ребят. Я ужасно скучала по Антону, и, хотя прошло около месяца после нашего расставания, чувствовала себя безумно одиноко. Нинка, конечно же, никак не показывала, что скучает по Келле, зато кровожадно повторяла, что, если вдруг увидит его с какой-нибудь девкой, она оторвет ему то, чем потом можно будет жонглировать.

– Ты же его не любишь, – саркастически говорила ей я. – Ты же вышла за него из-за наследства!

– Ну и что! – фыркала подруга. – Синее рыло считается моим супругом.

У меня аж два обручальных кольца!

– Это как две судимости за одно преступление, – имела неосторожность ляпнуть я, и подруга огрела меня журналом авиакомпании по голове.

К концу полета мы с Нинкой находились на нервах – ужасно хотелось приземлиться. И когда самолет пошел на снижение с океана и пролетел над городом, нашей радости не было предела, как, наверное, и всех остальных пассажиров. Во всяком случае, после мягкой посадки пилотам аплодировали громко.

Когда ранним утром второго мая мы спускалась по трапу самолета на взлетно-посадочной полосе аэропорта имени Джона Кеннеди, у меня закружилась голова.

То ли от переизбытка эмоций, то ли от предвкушения встречи с Антоном, то ли просто от свежего утреннего воздуха чужой, пропитанного влагой, как губка.

Выйдя из огромного, шумного и крайне интернационального аэропорта, мы поймали такси – ярко-желтое! – и поехали в гостиницу. Можно было добраться до метро на аэроэкспрессе, но Нинка заявила, что не собирается таскаться с огромными чемоданами и хочет комфорта.

Мне было жутко любопытно, я постоянно оглядывалась и, вообще, чувствовала себя маленькой девочкой.

Но, наверное, если бы не решительная Ниночка рядом, мне было бы жутко волнительно оказаться одной в незнакомой стране и с не самым сильным уровнем владения английского языка. Однако рядом была бойкая Журавль, которая отлично ориентировалась на местности и точно знала, куда идет, а я с трудом поспевала за ней.

До отеля, в котором заранее был забронирован номер, мы доехали достаточно быстро. Все это время я смотрела в окна и пыталась делать фотографии. Нью-Йорк ужасно привлекал: и людьми, и архитектурой, и общей колоритностью, и казалось, будто этот город создан для того, чтобы фотографировать его.

Город был многоликим. Вроде бы только что ты был в деловом оживленном районе с разнокалиберными высотками, а теперь едешь по тихим спокойным улицам, а потом вдруг оказываешься в шумном торговом квартале. Мне нравился воздух: свежий, влажный – чувствовалась близость океана, нравились люди – непохожие друг на друга, и нравилась масштабность – город был широким, высоким и каким-то совершенно монументальным.