На крыльях

И докажу, что достойнее тебя.

– Возомнил себя Мефистофелем? – едва слышно спросил Антон. Кезон чувствовал, как в нем волнами ходит гнев. И беззвучно смеялся.

– Ангелом-хранителем, – усмехнулся Кезон. – Говори, что выбираешь. Я уже устал. Без чего не можешь жить?

По небу пролетела падающая звезда, и темноволосый музыкант подумал, что это – хороший знак. Катя будет его. Копию он сломает.

– Музыка, – очень тихо, не своим голосом, сказал Антон, и Кирилл с трудом расслышал его.

– Что? – переспросил он.

– Дай шанс, – вдруг сказал Тропинин голосом человека, в душу которого вгрызлось отчаяние.

 – Не мне, моим парням. Им нужен этот шанс. Им нужна эта группа.

Кто бы сомневался, что Антон сможет забросить свою мечту в дальний темный угол? А мечты друзей? Наверняка он считает себя капитаном корабля и не захочет топить вместе с собой парней. Он-то, может, и выплывет. А они?

Кезон знал, что Кей выберет музыку.

Он бы сам выбрал музыку.

– О’кей, – сказал Кезон удовлетворенно. – Тогда жду тебя на фесте. И забираю Катю, да?

– Дай им шанс, – очень медленно повторил Антон, явно ломая себя.

– Ты не сможешь с ней видеться, – пригрозил Кирилл.

 – И рядом с ней буду я. Как она целуется? Ладно, не отвечай, не стоило спрашивать. Это твой выбор, ты сам этого захотел, – зачем-то добавил он.

Больше они ничего не сказали друг другу, и одновременно сбросили вызовы.

Кезон думал, что это будет весело, но на душе у него отчего-то было погано. От былого веселья не осталось и следа.

На афтепати он не вернулся – уехал в гостиницу.

Май

Ранним утром первого мая мы с Ниной прибыли в аэропорт, предвкушая полет. Прибыли мы за полчаса до регистрации на рейс, и пока ждали ее начала, я пошла купить воды.

Как я столкнулась около магазинчика с Альбиной, я понятия не имела. Выглядела она бодро и свежо, и не скажешь, что экстрасенс – типичная деловая женщина.

Альбина узнала меня и поздоровалась. Я настороженно кивнула в ответ.

– Не стоит носить это, – она посмотрела на мой телефон, зажатый в руке. В голосе ее слышалось предостережение. Она улыбнулась и исчезла в толпе.

Я растерянно взглянула на телефон, к которому цеплялся брелок – подарок Кирилла из Мехико. И подумала, что Альбина совсем сошла с ума.

А этот эпизод постаралась выкинуть из головы."

"Вскоре мы с Ниной в самолет, который доставил нас до столицы, а затем полетели в Нью-Йорк, прямым рейсом, через Атлантический океан. Я впервые совершала такой длительный перелет – почти десять часов. За это время в самолете я успела и поспать, и поесть, и налюбоваться небом, и посмотреть несколько фильмов, и даже поиграть – в кресла были вмонтированы небольшие мониторы, а к ним прилагались наушники и пульт. Изредка мы переговаривались, считая часы до прилета.