6
0Собираешь падаль. Питаешься падалью. И сам – падаль.
– Я говорил, что мне нравится твой характер? – спросил со смешком Матвей. – Говорил. Но сегодня тебе не стоит его показывать во всей красе. Итак, малыш, выбирай: или ты будешь со мной, или из твоего муженька сделают фарш. Поверь, Вик – тот еще мясник. В рифму, – рассмеялся Матвей. – У твоего любимого нет шансов. Знаешь, Нина, сначала я хотел, чтобы на ринге была собака, – молодой человек с улыбкой наблюдал за выражением лица девушки. – Ну, знаешь: собаке – собачье. Но потом все же решил, что против Вика у него больше шансов, нежели против собачьих клыков.
– Я думаю, что ты больной, – смотрела тревожными глазами Нина на Келлу, застывшего на ринге напротив Вика. А тот стоял, словно ждал команду. Как бойцовская собака.
«Ничего страшного не произойдет. Она сделает все, как надо».
И Нина незаметно расстегнула сумочку, теперь не сводя глаз с Матвея, откинувшегося на спинку дивана с видом хозяина положения.
Келла не слышал, о чем они говорят, но вдруг прокричал ее имя – весело и задорно, словно находился на рок-концерте, а не в клетке для подпольных боев, где ему угрожала опасность.
– Нина! Ай лав ю!
Ниночке даже смешно стало. И почему-то ее мимолетно коснулось то чувство нежности, которое подарил им обоим ласковый океан, ставший свидетелем всего того, что между ними происходило.
«Все получится»
– Поцелуй меня, – вдруг потребовал хрипло Матвей, решивший унизить их обоих. – Сейчас. Тогда я велю Вику бить его вполсилы. Так, для профилактики.
– Не буду, – спокойно сообщила Нина. – С какой стати мне изменять мужу на его же глазах?
– Серьезно? – склонил голову к плечу Матвей.
– Ты бэд трип словил? Я верная жена.
– Нина, понимаешь, на что ты обрекаешь своего музыкантика? – прямо спросил Матвей, почему-то нервничая. Он надеялся совсем на другую реакцию.
– Понимаешь, на что обрек себя ты? – тихо спросила Нина. И сказала совершенно обыденным голосом:
– Я тебя убью.
– Начинайте! – крикнул Матвей.
Вик ожил и как по заказу тотчас пошел на Келлу – медленно и неукротимо.
«Прости, парень, это моя работа», – было написано в его глазах.
Схватка была короткая, но яростная.
Он бил четко, метко, под разными углами, успевая блокировать удары Келлы. Настоящий боец: техничный и сильный.
– Ты все еще можешь это остановить, – сказал Ниночке Матвей. Она наблюдала за происходящим отстраненно, и ему это совсем не нравилось. Матвей хотел эмоций. Хотел ее слез, хотел, чтобы она его умоляла, чтобы обещала быть с ним.
