Глава 19
Фурман достал пистолет, приставил к стволу горлышко пластиковой бутылки, прикрепил ее изолентой. Такой вот своеобразный одноразовый глушитель. Примитивный, но выстрел через такую бутылку звучит не громче треснувшей пластиковой линейки. То же самое проделал со своим пистолетом и Моток.
Сыроед проехал мимо дома, где жил клиент. И ворота железные, и забор, но хуже всего, что в окнах горит свет и собака во дворе. Зато в соседнем доме тихо и темно. Но глянуть, что там да как, необходимо. И если все в порядке, через забор между участками можно проникнуть на запретную территорию.
Фурман не обманулся в своих ожиданиях. Забор в соседний двор и пониже был, и собаки за ним не обнаружилось, и в доме тихо. Может, и есть там люди, но спят крепко, свет в окнах не зажигается.
Они с Мотком на раз-два перемахнули через ограду, но тут же столкнулись с предполагаемой опасностью – на них огромными прыжками неслась сторожевая собака. Звука громыхающей цепи не слышно, значит, пес отвязан. И не гавкает он, а рычит, действительно собирается вцепиться в горло.
Автомат Фурман оставил за спиной, но взял на изготовку пистолет. Он выстрелил первым, но промазал.
На окнах дома были решетки, следовательно, через окно не влезешь. Но можно войти через дверь. Для того Фурман и придумал наезд со стороны Сыроеда.
Они с Мотком подкрались к входной двери и затаились в ожидании, когда к дому подъедет их джип.
Дверь открылась резко, с шумом, и хозяин дома порывисто вышел на крыльцо. В руках у него карабин с оптическим прицелом, но держал он его стволом вниз. Приклад под мышкой, палец на спусковом крючке.
Он рванул к калитке, не глядя, что творится за спиной. Грех не воспользоваться моментом.
Как оказалось, он мог взять еще один реванш. За свое давнее поражение. На полу в прихожей, освещаемый ярким светом лампы, лежал Гена из казино «Витязь».
– Ни фига себе! – присвистнул Моток.
– Жив, падла!
Гена был без майки, и среди лагерных татуировок отчетливо просматривалась пулевая рана.









