Дважды коронован

Гена мог бы забрать их и дернуть за границу, но ему и подумать об этом тошно. Убить Родю или Качана он мог, но скрысятничать – никогда. Пацаны это понимали, потому и привезли деньги под его ответственность.

– Это еще не все. – Буран расстегнул спортивную сумку, показал на лежащие в ней две винтовки «СВД» и цинк с патронами к ним. – Надо бы спрятать.

– Легко.

– Ну, тогда поеду я.

– Э-э... А поговорить?

– Завтра подъеду. А сейчас, извини, гнать надо. Опаздываю...

– Нет, без чая не отпущу.

Гена заставил Бурана пройти на кухню, поставил чайник, а сам, как бы между прочим, просмотрел содержимое кейса.

Буран понял, что Гена его проверяет, но ничего не сказал. И чашку крепкого чая выпил с удовольствием.

Вскоре он уехал, а Гена, спрятав деньги за кухонной плитой, вернулся к своей девочке. Она так и сидела в шкафу, причем голышом, и вряд ли выходила отсюда, чтобы подслушать, о чем они говорили с Бураном. Значит, не стоит ее убивать...

* * *Вику трясло как в лихорадке, но не от страха, а от какого-то нездорового, радостного возбуждения.

– Полмиллиона! Представляешь, полмиллиона долларов!

– Может, рублей? – не поверил ей Фурман.

В общем-то, он уже привык к тому, что удача сама идет к нему в руки. Если не считать досадного прокола в деревне, где они оставили два трупа в обмен на полный пшик. А так у них все в ажуре. Банкира на сто зеленых косарей обули. На днях чиновника сделали – мелкого, но с крупными бабками. Его даже убивать не пришлось – и так было ясно, что в ментовку он не обратится. Лучше он еще на взятках заработает, чем потеряет свое место из-за подозрительных денег.

Может, чиновник этот и заявил в ментовку, но Фурману от этого ни холодно ни жарко.

– Смеешься? Полмиллиона рублей – это одна купюра. А там целый кейс!

– Ты видела?

– Да, они в коридоре стояли, а там зеркало. Из комнаты видно было. Он сказал, что в кейсе полмиллиона долларов. И еще сумку спортивную открыл, Гена заглянул в нее, но ничего не сказал. Я не знаю, что там... Но то, что в кейсе деньги – это я тебе точно говорю!

– Гена, говоришь? Знал я одного Гену, царствие ему подземное.

– Один.

– А этот, который деньги привез?

– Уехал. Но сказал, что завтра будет.

– А жена у него есть?

– Он не говорил, но, похоже, есть. В доме чисто, чувствуется женская рука. Да и сам он не особо голодный ходит.

– А ты его все равно накормила, да? – разозлился Фурман. – Или сама наелась?

Вика жила с ним, но за деньги спала и с его пацанами. И еще, в целях разведки, в чужие постели ложилась. Он не препятствовал ей, но иногда его душила жаба.