2
0Дмитровских разогнал, варшавских... В девяносто четвертом залетные были, рынок хотели взять, борзели выше крыши, так всех по весне под снегом нашли. С таганскими воевал, с балашихинскими, с подольскими конфликт серьезный был. Но ничего, как стоял на рынке, так и стоит...
– Так то таганские, а ты – вор!
– За таганскими Расписной стоит, а ты знаешь, какая это величина.
– Расписной? Ну да, ну да...
– Я и говорю, Спартак ничего не боится. Ему, кроме рынка, ничего не надо. Он в девяносто третьем бизнес конкретный отбил в Москве, так ничего себе не оставил, налево все толкнул, а деньги в рынок вложил.
– Чужого не надо, если своего много... Наслышан я об этом рынке. Все наслышаны. Большой рынок, людей много, большие деньги крутятся... очень большие. А ты всего два лимона с него снимаешь. Хотя мог бы пять... Ну да ладно, мы с этим делом разберемся. Подъедем к Спартаку, поговорим с ним, людей подтянем, если что... Я так понял, он тебе конкретно платит, без процента. Что ж, пусть так и дальше платит, если процент не определить. Пять лимонов с него возьмем.
– Я бы не стал этого делать, – предостерегающе покачал головой Ростом.
– Так мы и не будем ничего делать. Пока не будем. Сначала посмотрим, что да как, коны к Спартаку наведем. Может, где-то что-то у него не так, может, на этом его и опустим. Ты знаешь, как такие дела делаются. Но это будет потом. А сейчас у нас проблема с «Витязем». Мне приказали эту проблему решить. Ты поможешь мне сейчас, я помогу тебе потом...
Слышал Ростом про это московское казино, знал, что крутые люди его держат. Но батумскому клану позарез нужен этот объект, поэтому, не успел Джумбери выйти на свободу, как Придони загрузил его этой проблемой.
– Ты уже как-то пытался решить вопрос? – стараясь не выдать волнения, спросил Ростом.
Не хотел он связываться с «Витязем». Зачем ему этот геморрой, если у него есть Репчино, где все тихо и спокойно. Спартак отстегивает исправно, и суммы приличные. А тут заварушкой пахнет... Потому и невесел Джумбери, что связался с этим делом. Видно, неспроста его плохое предчувствие мучает.
– Был у меня разговор с этими людьми, – неприязненно поморщился вор. – Пока они меня не очень поняли. Но ты же знаешь, я умею уговаривать.
Джумбери хотел еще что-то сказать, но вдруг за дверью простучала автоматная очередь.
Оба сразу поняли, что произошло. Но Ростом оказался и сообразительнее своего гостя, и проворнее. Он резко поднялся, опрокидывая стол, и бросился в сортир. Закрывая за собой дверь, увидел, как в трапезную вламываются люди в черном, в масках, с автоматами. Снова прогрохотала очередь. Пули наверняка достались Джумбери, но как тот падал, Ростом уже не увидел. Надо было срочно выбираться из сортира.
