Дозоры

 – Точнее, не та грязь. Знаешь, когда в Россию приезжают из Западной Европы, тоже морщатся: мол, грязно у вас везде. А ведь грязно не оттого, что не убирают! В России почвы другие, больше эрозия земли, в воздухе от этого пыль и она повсюду оседает. Вымыл тротуар с мылом, так в Европе он три дня останется чистым, разве что клочок бумаги ветром принесет. А в России хоть языком вылизывай, пыль через час снова осядет. В Азии пыли еще больше, поэтому и европейцы, и русские говорят: «Грязь, бескультурье, дикость!» Неправда это! Просто местность такая! В Азии если пахнет хорошо – это не грязь.

В Азии надо верить не глазам, а носу!

– Любопытно, – сказал я. – Никогда не задумывался об этом. Наверное, поэтому на Востоке глаза у людей узкие, зато носы большие?

Алишер мрачно посмотрел на меня. Потом вымученно рассмеялся:

– Ладно, уел. Смешно. Но я и вправду так думаю, Антон. На Востоке все иначе.

– Даже Иные, – кивнул я. – Алишер, а я ведь не поверил в дэва. Извини.

– Знаешь, по твоему описанию – это был не тот, что меня преследовал, – серьезно сказал Алишер. – Тот пониже ростом, но очень юркий. С ногами. Похож скорее на обезьяну с рогами.

– Тьфу на них, отрыжка мироздания, творение безответственных магов! – подхватил Афанди. – Мы с Антоном победили этого безнравственного, развратного дэва! Если бы ты видел этот бой, Алишер! Хотя не стоит юноше смотреть порнографию…

– Дедушка Афанди… – начал я. – Умоляю!

– Зови меня просто – бобо! – велел Афанди.

– Что это значит? – спросил я с подозрением.

– Это значит «дедушка». – Старик похлопал меня по плечу. – Мы с тобой победили этих дэвов, ты мне теперь как внук родной!

– Афанди-бобо, – попросил я.

 – Пожалуйста, не вспоминайте этот бой. Мне очень неловко, я не сразу смог поразить дэва.

– Дэвов! – твердо повторил Афанди.

– Дэва? – наивно предложил я.

– Дэвов! Их там было два! Большой сжимал маленького в руке и размахивал им налево-направо, направо-налево!

Афанди привстал и очень красочно изобразил поведение «дэвов».

– Хай, великий воин Афанди, – быстро сказал Алишер. – Их было два. Антон не заметил второго от страха. Сядьте, нам несут чай.

Минут десять мы пили чай со сладостями. Я опознал халву, рахат-лукум и что-то вроде пахлавы.

Все остальные сладкие кондитерские чудеса Востока были мне незнакомы. Но получить удовольствие от вкуса это не помешало. Тут были разноцветные кристаллы сахара (я предпочел не размышлять, чем именно их подкрашивали), мотки тонких, очень сладких нитей, что-то похожее на халву, но белое, сухофрукты. Все очень вкусное. И все очень сладкое, что для нас было особенно важно. После потери Силы всегда тянет на сладкое. Пусть мы оперируем чужой Силой, всего лишь перераспределяя ее в пространстве, но и это непросто.