Дозоры

 – Та, куда я ребятишек отвела, и другая, побольше. Я в нее за продуктами хожу, там магазин всегда работает. Но с комплиментами и там плохо.

Она снова заулыбалась:

– Меня зовут Арина. Не Ирина, а именно Арина.

– Антон, – представился я. И блеснул эрудицией первоклассника: – Арина, как няня Пушкина?

– Именно, в ее честь и назвали, – улыбнулась женщина. – Папу звали Александр Сергеевич, мама, естественно, была помешана на Пушкине. Можно сказать – фанатка. Вот я и получила имя…

– А почему не Анна, в честь Керн? Или не Наталья, в честь Гончаровой?

Арина покачала головой:

– Что вы… Мама считала, что все эти женщины играли в жизни Пушкина роковую роль.

Нет, конечно, они служили источником его вдохновения, но как человек он очень страдал… А няня… она ни на что не претендовала, любила Сашу самозабвенно…

– Вы филолог? – бросил я пробный камень.

– Что тут делать филологу? – засмеялась Арина. – Вы садитесь, я чайку вам заварю, вкусного, травяного. Все сейчас помешались на матэ, на ройбусе, на всей этой иностранщине. А русскому человеку, я вам честно скажу, такая экзотика не нужна.

Своих травок хватает. Или уж обычный чай, причем черный, мы не китайцы, чтобы зеленую водичку пить. Или лесные травки. Вот попробуете…

– Вы ботаник, – уныло сказал я.

– Правильно! – Арина засмеялась. – Слушайте, вы точно не Ромин папа?

– Нет, я… – помявшись, я сказал самую удобную фразу, – я друг его мамы. Спасибо вам большое, что спасли детей.

– Так уж сразу и спасла, – улыбнулась Арина. Стоя ко мне спиной, она сыпала в заварочный чайник сухие травы – щепотку одной, совсем чуть-чуть другой, ложечку третьей… Как-то непроизвольно мой взгляд остановился на той части заношенных джинсов, что обрисовывала крепкую попку.

Почему-то сразу становилось ясно, что попка упругая и без малейших признаков любимой болезни городских дам – целлюлита. – Ксюша – девочка умная, сами бы вышли.

– А волки? – спросил я.

– Какие волки, Антон? – Арина удивленно посмотрела на меня. – Я же им объясняла – это бродячая собака. Откуда взяться волкам в таком лесочке?

– Одичавшая собака, да еще и щенная – тоже опасно, – заметил я.

– Ну… возможно, вы правы. – Арина вздохнула.

 – Но я все-таки думаю, что на ребятишек она бы не бросилась. Собаки редко нападают на детей, совсем надо животному обезуметь, чтобы на такое решиться. Люди – вот они куда опаснее животных…

Что ж, не поспоришь…

– Не скучно вам тут, в глуши? – перевел я разговор на другую тему."

"– Так я тут не безвылазно сижу! – засмеялась Арина. – Приезжаю на лето, диссертацию пишу. «Этногенез некоторых видов крестоцветных средней полосы России».

– Кандидатская? – с некоторой завистью спросил я.