Дозоры

Все нужные материалы я сейчас тебе выдам.

– А… но… – Антон смешался. – У меня же нет опыта!

– Ни у кого его нет. Вот ты и приобретешь. Чует мое сердце, что чем дальше, тем больше будет таких вот… юридических разборок. Вместо честной борьбы и открытой схватки. И не волнуйся ты так, к моменту заседания я скорее всего подъеду в Прагу. Возможно, вместе с Ольгой и Светланой.

– Зачем – со Светланой?

– А может быть, нам удастся доказать, что Светлана лишена Силы в результате провокации Темных, и получить разрешение на ее лечение?

– К-как?

– Так же, как было с Игорем.

Беда ведь не в том, что Светлана не может восстановиться ускоренно, за несколько месяцев. Может! Беда в том, что если разрешение на лечение обессилевшего мага второй-третьей ступени я еще выбить в состоянии, то восстановление сил Великой Волшебницей – явление чрезвычайное. И тут нам может помочь лишь прямое разрешение от Инквизиции. Причем не московской, а как минимум Европейского бюро.

Гесер приподнял кружку, улыбнулся:

– Прозит, Антон. Выпьем за удачу.

– Борис Игнатьевич, вы ведь и сейчас мне всего не говорите! – почти закричал Антон.

– Да, не говорю. Но я уже сказал больше, чем следовало. А если хочешь маяться бессонницей… – Гесер задумался. – Тогда сведи воедино все, что случилось за последний год. Мел Судьбы,[1] гибель Алисы Донниковой, появление Зеркала, эти карикатурные Братья Регина с Когтем Фафнира… и та истерия, что царит повсюду по случаю конца второго тысячелетия.

– Да между всем этим нет ничего общего! – ляпнул Антон.

– Тогда спи спокойно. – Гесер улыбнулся.

Конец декабря – время суматошное и заведомо несерьезное.

Время предпраздничных хлопот, время подарков и шампанского с сотрудниками, невзирая на рабочий день. Время особенно яркой иллюминации, время елочных базаров. Под Рождество и Новый год утихает даже извечное противостояние Иных, когда и Светлые, и Темные вдруг ненадолго впадают в мечтательное настроение и иногда даже склонны прощать соперникам былые обиды. Из самых легких и неглубоких.

Эдгар, Темный маг, сотрудник Дневного Дозора, впервые с момента, когда переехал из Эстонии в столицу России, опоздал на оперативную дневную летучку.

Причина была тривиальной, но произносить ее вслух постеснялся бы любой уважающий себя маг.

Эдгар кормил уток на Чистопрудном бульваре. С головой ухнул в неожиданно нахлынувшие воспоминания и начисто забыл о времени. Замечтался, как подросток после бокала пива. А когда спохватился, понял, что летучка уже началась.

Если возраст чему и учит, то умение не торопиться, если все равно опоздал, среди этих наживных премудростей явно числится.