Дозоры

Пленника ли? Меня не оставляло ощущение, что он играет не последнюю роль в происходящем. Возможно, даже большую, чем Веденеева. Монстр не зря следил за ним, не зря опекал, не зря предупредил ведьму о ценности Светлого. Да и откуда здесь дозорный? Выследил Веденееву до университета и вновь попался при попытке задержания? Или его просто пригласили?

Прикрыв рукой глаза, я на секунду выглянул в Сумрак. Безмолвный черный торнадо висел совсем рядом. Протяни руку – и коснешься скрученного потока чистой энергии. Мне показалось, рядом промелькнул мутный, размазанный силуэт, но твердой уверенности не было.

Последнее, что удалось разглядеть, – тонкую вибрирующую струйку Силы, стекающую из Сумрака вниз. А в следующий миг последний кусочек головоломки встал на свое место.

Алексей Романов не хранил тайного знания, не обладал загадочной силой или особым даром. Он просто исполнял роль громоотвода, единственная цель которого – замкнуть на себя Инферно, обеспечить прорыв Сумрака в наш мир. Не гений. Не злодей. Всего лишь компонент ритуала наравне со Следом Гермеса и ведьмовской коробкой.

Навесить на человека Инферно такой силы невозможно, он просто скончается на месте.

Сердечный приступ, кровоизлияние в мозг – что угодно. Давление Сумрака мог выдержать только Иной. Не знаю, почему выбрали именно Романова. Почему так тщательно опекали и берегли. Возможно, сумеречный монстр – гениальный прорицатель и выявил единственную линию вероятности, ведущую к успеху. А может, в истории Алии скрывалась доля истины, и для ритуала требовались специфические качества, которыми обладал только Романов. Не знаю, я не специалист по Инферно. Но факт оставался фактом – тонкий ручеек Силы стекал с острия воронки точно на ауру Светлого. В фокусе проклятия находился именно он.

Я широко распахнул дверь и вошел в аудиторию.

– Здравствуй, Лида. Надеюсь, не помешал?

* * *Аудитория ничем не отличалась от соседних. Широкие окна с деревянными стеклопакетами, выложенный разноцветной плиткой пол, три ряда одноместных столов и вечная школьная доска.

Дозорный Романов сидел на одиноком стуле. Руки связаны за спиной, ноги примотаны к ножкам стула. Сам стул Веденеева поставила в угол так, что Светлый мог созерцать лишь ровную белую штукатурку или, основательно вывернув шею, подоконник и одну из створок доски.

Под сиденьем стояла глубокая тарелка с дурно пахнущей смесью. Рядом длинными столбиками выстроились монеты. Несколько сотен желтых кругляшей, сочившихся собранной со студентов энергией. Даже вместе они значительно уступали лежащему у меня в кармане аккумулятору, но, видимо, тут многого и не требовалось."

"Веденеева в пушистой белой кофточке и широких черных брюках прохаживалась у дальней стены.