Дозоры

– Обязательно.

– В удобное для меня время.

– Конечно.

Леночка обернулась, с подозрением посмотрела в мою сторону.

– Как-то ты легко согласился.

– Я вообще покладистый.

Она ненадолго задумалась и уточнила:

– В удобное для нас время.

– А вот этого не обещаю.

Ведьма притворно охнула.

– Вы, мужики, все одинаковые. А если я изменю тебе на Мальдивах с прекрасным аборигеном?

– Давно ли туда завезли аборигенов?

– Аборигенов не завозят. – Леночка сладко потянулась. – Хорошо, не с аборигеном. С прекрасным инструктором по серфингу. Молодым, мускулистым, загорелым.

Она облокотилась на спинку стула и подперла подбородок кулачком.

– Он же тебе надоест через десять минут.

– Так уж и надоест? Я, между прочим, с ним не разговоры разговаривать собираюсь.

Я вздохнул.

– Чего ты добиваешься? Чтобы я превратил всех мальдивских серфингистов в жаб?

Леночка недовольно скривилась.

– Дурак какой-то. Я с ним серьезно, а он как маленький, лишь бы остро пошутить.

– Эффект присутствия. Рядом с тобой я молодею душой.

Леночка неожиданно улыбнулась. Чуть-чуть игриво, но вполне искренне. Вот как ей удается выловить крупицу правды среди ни к чему не обязывающей болтовни? Странно, но когда мы были вместе, во мне и правда просыпалась искра… нет, не искренности, как тридцать лет назад с Алией, – беззаботности.

– Юрий, скажи прямо, в чем дело? – Леночка подошла ко мне вплотную.

– Ни в чем. Во-первых, шеф никогда не даст нам отпуска одновременно. Просто из вредности.

– А во-вторых?

– А во-вторых, хватит и во-первых.

Леночка нахмурилась, легонько пнула меня по ноге.

– Вредный ты все-таки, Юрий.

Я притянул ее за талию, усадил на колени.

– Я полезный. Очень полезный. К сожалению, не все это ценят.

– Был бы полезный, нашел бы способ. – Несмотря на нарочитую игру, она и впрямь сердилась.

– Зная шефа…

– Хорошо, – перебила она. – А если я уйду из Дозора?

Я растерянно моргнул.

– Зачем?

– Чтобы жить нормальной жизнью! – Она постучала мне по лбу. – Ты-то до такой мысли никогда не дойдешь.

– Я не могу уйти, ты же знаешь.

– Да-да, знаю, долг, права, обязанности… Юрий, ты к Светлым переметнуться не задумал? Иногда мне кажется, у тебя с ними больше общего, чем с любым из нас.

Я фыркнул.

– Не смеши. Я не страдаю грехом идеализма.

– Некоторые Светлые тоже не страдают, – заметила Леночка, – те, что по́жили. Ты не поверишь, они изрядные циники – эти Светлые. Циники и прагматики.

– Почему же, верю. Только им еще хуже. У них на месте идеализма дыра, пустота, которую не заполнить ничем. От веры они отказались, идеалы за столетия превратились в пыль. Ты не представляешь, как многих подкосило падение СССР. Рукотворный памятник идеалам Светлых. Мечта, обернувшаяся пшиком.