23
0Вот скрутит сейчас в бараний рог, и ничего я не сделаю…
Темный маг одарил меня презрительным взглядом.
– Потому что у нас есть три варианта. Я могу сообщить твоему шефу, что видел тебя с подозреваемой, и позволить тебе объясниться самому. Я могу изложить ему свои соображения. А еще я могу составить официальный рапорт и послать копию в Москву с вопросом, как получилось, что сотрудник Ночного Дозора покрывает убийцу. Сам понимаешь, в последнем случае отвечать придется не только тебе.
– То, что она причастна, еще не доказано…
– Это ты не мне будешь объяснять. Если тебя вообще захотят выслушать.
Взгляд мага из презрительного сделался насмешливым. Он понял, что я сдался.
– Итак?
– Что, прямо здесь рассказывать?
– Если хочешь, можешь выйти из Сумрака.
* * *Я говорил почти час. Шеф с безрадостным видом слушал не перебивая.
– На чем вы расстались? – спросил он.
Я залпом выпил давно остывший чай.
– Рассказал ему про Анну. Про наши встречи, что она хотела видеть место, где убили геометра.
Шеф звучно хлопнул ладонью по столу.
– Какого, к дьяволу, геометра?! У него есть имя, понимаешь?!
– Простите, я не хотел…
– Да вы всегда не хотите!
Шеф резко поднялся, подошел к окну.
– Ты, Алексей, поступил безответственно. Причем трижды. Когда принял предложение Анны. Когда не рассказал о нем мне. И когда рассказал все Юрию.
– Но разве лучше, если бы он…
– Не знаю! Я только знаю, что Анна занимает его куда больше интриг Дозоров. Поэтому он хотел знать все, что знаешь ты. А ты его желание удовлетворил, и чем теперь все обернется – неизвестно.
Я не нашел, что ответить.
– Ты знаешь, зачем вы туда ездили?
– Она хотела что-то проверить. Что-то, связанное со смертью гео… Соловьева.
– Что было в коробке?
– Не знаю. Какая-то смесь, очень вонючая.
– Ты ее Кладоискателем нашел? Какие видел ауры?
– Э… серебро точно. Вторая желтая, тусклая. Третья сиреневая…
– Слепок ты, разумеется, не сделал, – перебил шеф. – Видимо, придется ждать исследований Темных.
Я пристыженно молчал. Хотелось возражать, спорить, объяснять, но… Что я мог сказать? Что Анна – Светлая, а Светлые всегда хотят только добра? Что она ни в чем не виновата, потому что сама так сказала, а Светлые не умеют врать? Что я надеялся, что правда никогда не всплывет, поскольку тоже Светлый, а мы никогда не ставим других в неловкое положение? Детский лепет, а еще самонадеянность и безответственность.
– Не знаю, Алексей, – шеф даже не обернулся, – я думал, ты разумнее. Думал, на тебя можно положиться, а не стоять над душой, требуя отчета за каждое действие. Нас очень мало, понимаешь? Это повышает ответственность каждого сотрудника. Потому что сотрудник должен понимать – за ним никого нет.
