Как там говорил Юрий Юрьевич? Темные, Светлые – без разницы; можно любить, можно унижать – люди проглотят все.
Я отхлебнул остывший кофе и сделал вид, что интересуюсь пейзажем за окном, даром что оно находилось на уровне тротуара. Девочки смотрели влюбленными глазами, наверное, считали меня неприступным красавцем. Не устоят. Та, рыженькая, точно не устоит. Подойдет с какой-нибудь глупой отвязной фразой, и я буду сбивчиво объяснять, что она, конечно, прекрасна, но у меня уже есть девушка; и нет, для меня это действительно важно; и да, я действительно считаю разовую интрижку на стороне изменой.
– Мужчина, сигареткой угостите? – с томной ленцой спросила рыженькая.
Вместо ответа я развел руки и прошептал в пространство короткий слоган.
Я торопливо допил кофе, оставил на столе несколько купюр, накинул куртку и вышел на улицу. А ведь все из-за чего? Все из-за того, что поперся в кафе кофий пить, вместо того чтобы заняться делом.
Злость на самого себя удивительным образом прочищает мозги. Когда я подошел к дому Веденеевой, от упаднических настроений не осталось и следа. Зато появилось желание действовать."
"Ведьма жила на седьмом этаже. Я бодрым шагом взбежал по лестнице. Волосы моментально стали мокрыми. Прав Костя, с такой формой мне прямая дорога в спортзал. Не дело, когда сотрудник Дозора пыхтит после легкой пробежки. Вот с понедельника и займусь, а пока надо сосредоточиться на задаче.
Дверь оказалась запечатана. Обычная ведьмовская печать, на двери геометра была похитрее. Амулет-отмычка дозорного не подвела и на сей раз.
Я поднял тень, прошел через ставшую зыбкой преграду, огляделся. На первый взгляд ничего необычного. Заурядная сумеречная квартира, полупустая, как все сумеречные квартиры. Разве что не такая пыльная. И неудивительно: Иные следят за своим жильем.
Я отмахнулся от пролетевшей перед глазами паутинки, вышел из Сумрака.









