Дозоры

– Так то ж фашисты, – не унимался Толик. – Мы же читали, там потом, кроме Нюрнбергского процесса, еще Трибунал Инквизиции был.

Дмитрий внутренне порадовался за эрудицию «мертвых поэтов», даже за одно «мы же читали».

Но сказал иное:

– Читать надо внимательнее! Если бы не Инквизиция, ноги бы немецкого солдата тут не было. Социальный эксперимент, который привел к появлению нацистской партии, кто санкционировал? У Инквизиции всегда есть ресурсы что-то прекратить. Или не прекращать.

На самом деле им не должны были этого преподавать, здесь Дмитрий передернул. Такое изучали будущие дозорные и разбирали курсанты в Праге.

Картина стандартная, неоднократно воспроизведенная с конца девятнадцатого века. Светлые пытаются исправить человечество. Инквизиция разрешает, наперед предполагая, что будет. Светлые пожинают горькие плоды, Темные довольно потирают руки и пожинают плоды сладкие. До следующего раза."

"– А вас они прекратят любой ценой, если посчитают нужным, – закончил словесник. – Если надо, ценой уничтожения города.

– Они сволочи! – вдруг с чувством сказал Толик.

– Они просто не люди, а Иные.

– Дмитрий Леонидович, – опять спокойно заговорил Артем Комаров. – Вы нас что, спасать пришли?

– Ну да, как же, без способностей, – ответил Дреер. – Самый знаменитый спасатель Инквизиции.

– На вас следящих заклинаний понавешали, как шаров на елку в Новый год, – сказал Карен. – Мы их все потерли.

Дмитрий мысленно поблагодарил Стригаля в не самых цензурных выражениях. Впрочем, вокруг него перед отправкой суетились несколько серых балахонов.

– Не знаю я, что с вами делать, – честно признался Дреер. – Только мне надоело вас все время выгораживать!

– А не надо нас больше выгораживать, – ответил Артем.

 – Мы о себе сами позаботимся. Можем вернуть вам способности, вы просто скажете, чтобы сюда никто не лез. Или можете даже не говорить.

– Я не уверен, что хочу опять быть Иным. Пока вы мне не скажете, что задумали. Если хотите, можете потом знак Карающего Огня наложить. Я расскажу, как это сделать.

– Нет уж! – выдохнула Анна, которая во время разговора как-то отодвинулась от словесника и придвинулась к Артему. – Не надо знаков Огня!

Дмитрий опять испытал укол стыда.

Анна тем временем переглянулась с Комаровым и снова посмотрела на бывшего наставника.

– Хорошо, – сказала девочка.

– Ты опять ревоплотила «Фуаран»?

– Нет. – Анна покачала головой. На плече Светлой висела небольшая изящная сумка – наверняка не покупала, а сотворила в процессе своей «малярии», выглядит подозрительно дорогой. Из сумочки Голубева достала порядком уже растрепанную общую тетрадь. На обложке было фото Медного всадника. – Книга больше не нужна. Заклинание я помню, у меня память очень хорошая.