Дозоры

Это было очень легко увидеть — он не скрывался, он не пробовал обойти или снять защиту. Он ее просто проламывал — точно так же, наверное, как ломал защиту нашего офиса, когда шел за Кешей. Тигр был похож на человека, отлитого из раскаленного добела металла. Он шел, а вокруг него бушевал огненный шторм. Вспыхивали ветви на деревьях. Переворачивались, взвизгивая сигнализацией, припаркованные автомобили. Очумевший от происходящего приблудный дворовый кот начал метаться перед идущим Тигром, будто не мог выбрать, в какую сторону убегать.

Коты видят на всех слоях Сумрака. Может быть, он видел сейчас что-то такое, что было немыслимо даже для него, следящего ночами за крадущимися оборотнями и наблюдающего полеты ведьм в сумрачном небе.

Тигр остановился перед котом. Нагнулся. Погладил его. И пошел дальше.

Кот, мгновенно прекративший паниковать, сел посреди двора и стал вылизываться.

А Тигр двинулся к нашему подъезду.

— Папа, мне страшно, — сообщила Надя. Они с Кешей стояли у окна, глядя на Тигра.

— Тебе надо будет его ударить, — торопливо сказала Арина. — Только ударить. Чистой энергией. «Пресс». Но в полную силу! Понимаешь?

С неба в Тигра ударила молния.

Хорошо что тучи есть на небе, люди хоть какое-то объяснение себе найдут…

Тигр, замерший посреди воронки из дымящегося ломаного асфальта, помотал головой. Выбрался. И пошел дальше.

— Папа, у тебя телефон… звонит… — сказала Надя.

Я похлопал себя по карманам, достал трубку. Сказал, не отрывая взгляда от Тигра:

— Да, Гесер.

— Что ты творишь! — завопил шеф.

— Извини. Меня обвели вокруг пальца. Я… я узнал пророчество Эразма.

Гесер выругался.

— Откройте портал, шеф, — попросил я. — Мне… надо чуть-чуть времени.

Чтобы понять, как поступить.

— Я не могу открыть портал, — тихо сказал Гесер. — Извини, Антон. Но… Сумрак будто взбесился. Я ничего не могу сделать.

— А что делать нам? — спросил я. — Пророчество Эразма…

— Нет, не говори мне, — оборвал меня Гесер. — Не надо. Хотя… нет. Если все так, как я боялся…

— Наверное, да. — Я прижался к стеклу, чтобы увидеть, как Тигр открывает дверь подъезда. Там тоже что-то сверкнуло, и пол задрожал под ногами. Но я не строил иллюзий насчет уязвимости Тигра перед ловушками Гесера и Завулона.

— Ты должен решить сам, Антон, — сказал наконец Гесер.

И я почувствовал, как изменился его голос. Каким он стал… старым. Древним. Я бы сказал «ветхозаветным», если бы Гесер имел хоть какое-то отношение к христианству. — Ты имеешь на это большее право, чем я.

— Почему? Потому что я в большей мере человек? — спросил я.

Секунды, отпущенные мне, истекали, а я все никак не мог принять решения. И мне очень важно было услышать ответ Гесера.

— Потому что я очень виноват перед тобой, — сказал Гесер устало. — И мне надоело быть виноватым.