6
0А проблемы в то утро попёрли косяком, я только успевал записывать:
– Избави от лукавого, отец родной! Как пришёл в ночь, всех курей взбаламутил, яйца подавил, змеевик нашёл, да и узлом завязал – всё дело самогонное насмарку! Сам-то синий с перепою, а задница красная… Со стыда, что ль, покраснела?!
– Ить цепных псов до смертушки запугал, лают – заикаются! Меня голоштанного с супруги законной сдёрнул, в прелюбодействе обозвал некрасивочно и в ухо рявкнул намеренно… Я им и не слышу теперича… Сам, аки бес китайский, синь да красен! Что? Ась?! Щас я другим ухом развернуся…
– Н-ну, нет т-ких закон-ф, шоб у р-рабощего ч-ловека шестую бутыль от-н-мать. Отметьте, н-н-допитую! И водкой м-мне харю мыть – нн-н-зя! И в один м-шок вместях с дру-зями сувать тоже! И в ко-ло-дезью м-м-кать, шоб протрезвели! Так фигу йму, чёрту с-си-нему! М-мы с утра и это… намстили… н-пос-лушанием! Упились сиречь…
– Я – честная жена и сама решаю, когда и чем мужа воспитывать! Кто позволял от бабы мужика отнимать?! Может, я не кажный день его скалкой привечаю… Я, может, люблю его, дурака, местами… Особливо одно место… Да уж когда во сердцах, то и прибить могу по месту ентому же! А тока на то моё бабье право…"
"– Ой, он весь синий такой, как василёк… Ну там рост, плечи, живот кубиками и штанишки… Ой, как глазоньки прикрою – так и стоит передо мной весь, плащом развевается… Они, штанишки, значитца, красненькие будут, коротенькие и так облегающие всё там… Ага… да, буквально слюнки текут… Ой, а вы ведь его мне найдёте, правда?
И примерно в этом ключе восемнадцать (!) заявлений. Наш парень решил отыграться за весь год вынужденного воздержания – под моей рукой он себе таких фортелей не позволял. Нет, ну, разное было… только укладывалось как-то в общепринятые рамки разумного хулиганства и некоторого превышения полномочий.
А тут нате вам – вылез герой пошлых комиксов на лукошкинскую целину! Защитник, блин, добра, справедливости и американского образа жизни! Супермен мадэ ин такая Раша! Надо предупредить ребят, чтоб вернули домой недоумка, пусть с ним Баба Яга разбирается, она умеет…
Единственная печальная обязанность на сегодня – это объяснять пришедшей в самом конце маме Дуни Брусникиной, что её дочь всё ещё не найдена. То есть, конечно, мы ищем; уверены, что жива; разрабатываем все возможные версии, но… утешить пока нечем. Женщина только молча кивала, не поднимая глаз, и это было особенно тяжело.
Самолично проводив потерпевшую до дверей, я лишний раз пообещал, что буду держать в курсе, и кликнул Еремеева. Оказалось, его нет, сотник отправился с десятком молодцов навестить скоропалительного купца Обмылкина. Побеседовать, так сказать, на тему найма двух «ночных» работничков.
