Потому что в полёте всё становится очень простым. И все проблемы кажутся надуманными.
Никто и ничто не заставит меня наступить на мою гордость. Пусть засунут свои политические проблемы… куда? Вот именно туда.
Мама моя родилась в другом мире и, надо сказать, принесла оттуда немало слов, способных шокировать жителей Айсгарда. Вырывается у неё порой. И мы с Кирой всегда были не прочь что-нибудь перенять.
«Нет чтобы что-нибудь хорошее», – вздыхала частенько мама, когда мы её «радовали» чем-нибудь недостойным княжеских дочерей.
Жаль, что полёт оказался коротким, но вид, открывшийся на Академию с высоты, искупил всё.
А сейчас дух захватило от красоты. Величественные здания на уступах среди цветущих деревьев, купола и крытые галереи, водопады и горы до самого горизонта. Даже не верится, что когда-то, ещё до моего рождения, здесь царствовала вечная зима. Вот бы глазком взглянуть, как в те времена выглядели скованные льдом потоки воды.
Холод отступил только после победы над Хаосом.
Оставшись без неё, я и сблизилась с Маурой, надеясь в общении с ней найти то, что потеряла. Нашла называется.
Дракон приземляется на плоскую крышу преподавательского корпуса.
Едва мои ноги касаются разноцветной плитки, которой выложена посадочная площадка, магистр оборачивается.
"Даже моему отцу требуется больше времени, а у братьев это, вообще, происходит в несколько этапов. Причём у них, как у недавно инициированных, после оборота зрачки ещё почти полчаса остаются драконьими.
Встречаюсь взглядом с магистром. В его глазах холод.
«Не играй со мной, Лира», – сказал он.
«Не буду, – мысленно отвечаю я. – Не встану в ряды тех студенток, которые всенепременно переживают период влюблённости в ректора».
Выпрямляю свою и без того идеально прямую спину и вскидываю голову. Надеюсь, у меня получилось это сделать естественно. Он должен понять, что с утра я просто была в стрессе, и меня абсолютно не интересует его внимание.
А внимание магистра неожиданно переносится ниже. Я же не подумала, что, когда выпрямляешь спину, грудь заметно больше выдаётся вперёд. И взгляд тёмных глаз скользит вниз. Мгновение неловкости, и Вальгард отворачивается, а я перевожу дух. Кажется, я забыла, как дышать. Хаос побери.









