Авантюра

Парнишка спокойно прошел мимо беснующегося и раздраженно орущего на подчиненных кахэра Эмара, и мимо мужиков в черной одежде сил нацбезопасности, непонятно откуда тут взявшихся, и мимо нервно переговаривающихся посетителей ресторана, и возможно парнишка вообще бы преспокойно ушел себе, но тут раздался крик уже выбесившей старухи:

— Вот она.

Серьезно?! На мне было два блокиратора запахов, мужские духи, силиконовая маска на голове, закрывающая даже шею! Я охренела! Реально!

— Это она! — продолжала вопить старуха, стоя от меня через дорогу, и излучая уверенность ледяного астероида.

С трудом подавила желание просто пристрелить гадину, а дальше уже даже возможности такой не было — от захвата со стороны кахэра Эмара я ушла исключительно на инстинктах. Ориентируясь на них же, ринулась на оживленную дорогу, уходя от столкновения с наземным и летающим транспортом, и пытаясь найти свободный флайт-перевозчик. Любой. И как можно скорее! Потому что ползучий гад не отставал ни на шаг, гораздо легче чем я передвигаясь по дороге… и гораздо быстрее. Быстрее настолько, что я с трудом ушла от двух выпадов, едва не коснувшись шокера.

И вдруг совершенно неожиданно меня схватили за шкирку, легко подняли, и небрежно швырнули на мягкое сидение флайта.

Тяжело дыша потрясенно посмотрела на кахэра Ранира, вольготно усевшегося на сидение напротив, затем медленно перевела взгляд на кахэра Эмара, застывшего на крыше ближайшего флайта. И вот этот гад, медленно выпрямившись, глухо спросил:

— Девочка занята?

— Как видишь, — язвительно ответил кахэр Ранир.

Дверь флайта с тихим шипением закрылась и мы молча полетели в направлении президентского дворца. Я, нервно перебирающая в памяти события сегодняшнего дня, и откровенно потешающийся надо мной кахэр.

К сожалению, молчание не продлилось долго.

— Как прогулка? — насмешливо поинтересовался кахорец.

— Была вполне ничего, до появления эмаа-ан, — стянув маску, и распуская волосы, ответила я.

Я приложила усилия для того, чтобы выглядеть невозмутимо, но откровенно говоря — невозмутимости не было! Во что меня втравил Исинхай?!

— Эмаа-ан, — не скрывая издевательской улыбки, протянул кахэр Ранир, демонстративно разглядывая меня так, что я пожалела о снятой маске. — А вы знаете, как переводится это слово?

Вопросительно посмотрела на него, затем подумала что зря — проще было посмотреть в окно, чем наблюдать за откровенно издевающимся кахорцем. Мужик же, закинув ногу на ногу, растягивая звуки, произнес:

— Эмаа-ан — та, что чувствует потребность. Потребность в любви, к примеру.