Аравийская жемчужина

Как ее одновременно охватывает обида, боль, шок…

Она прикрывает рот рукой и горько всхлипывает…

– То есть… Ты… Ты просто все это время шпионил за мной… Все время… Следил, словно я какая– то вещь… Музейный экспонат… Господи, Фахд… Ты ничем не лучше него… Вы оба грязные, извращенные сволочи, считающие, что вам все можно! Все мужики– наглые, самонадеянные уроды! Ненавижу! Ненавижу вас всех!

Отчаянно подрывается к выходу.

– Стой, Амаль! – жестко осекает ее Фахд, – ты в одной простыне. Не смей выходить так к моим подданным! Снаружи слуги! Вернись! Возьми себя в руки, сядь за стол… Поздновато для детских истерик… Ты умная рассудительная девушка…

Она сама не понимает, почему, но делает то, что он говорит, а потом ошарашенно смотрит на то, как Фахд встает, берет со стола нож, подходит к постели, на которой прошла их сумасшедшая ночь, делает себе довольно глубокий порез на коже там, где ее прикрывает ткань, и окропляет кровавыми каплями белое полотно.

Ее губы приоткрываются от шока и понимания, легкие спирает от возмущения и беспомощности… Обхватывает свою голову руками отчаянно.

– Что это за цирк, Фахд?! Зачем на постели кровь?! Я не девственница, Ваше сраное высочество! Себя пытаешься обмануть или кого? Моим первым мужчиной был другой!

Фахд смотрел теперь на нее зло, тяжело дыша.

Быстро приложил к порезу кучу салфеток и поднял руку, чтобы остановить кровь. Ей удалось почти невозможное. Вывести его из себя… Последнее, что она сейчас должна была делать, так это напоминать о другом… И ладно бы там правда была любовь и страсть, но нет же… Выдохнул. Ему нужно взять себя в руки и попытаться вернуться к нормальному разговору, хоть это и непросто… Конечно, у нее шок, она растерянна, она ненавидит, когда решают за нее, что он собственно сейчас и сделал, но природу не обмануть. Произошедшее между ними ночью было красноречивее всех их препираний и скандалов сейчас… Ради такого стоило побороться и с ее взрывным характером, и с ее строптивой натурой. Ничего, настанет тот час, и очень скоро, когда он обратит эти ее характеристики в плюс для себя и для незатухающего огня в их постели…

– Послушай сюда, Амаль. Присядь и послушай. Не как недалекая эскортница, а как умная девушка, дочь премьер– министра Сирии, которая по незнанию и неопытности попала в затруднительное положение и которой я хочу помочь, потому что… люблю… Да, именно люблю… Я уверен в своих чувствах и слова, как ты говоришь, на ветер не бросаю… Я знаю тебя много лет… И моим чувствам тоже не один год… Я принял эту ситуацию с твоей потерей невинности, хотя, как мужчине мне было это и непросто… Ты попала ко мне уже недевушкой, и я сглотнул это.

В первый и последний раз я поднимаю эту тему. Больше никогда мы к ней возвращаться не будем.