1
0А молодые Архуны, если унаследуют талант старого к наукам, будут крайне полезны княжеству.
Хотя когда это ещё будет? Лет через двадцать пять? Хочется верить, к тому времени я буду мыслить уже не в масштабах маленького княжества, а в масштабах всей планеты.
Но это позже, а пока работаем с тем, что имеем. Благо работы хватает.
В один момент я понял, что на носу двадцать третье января. Очень забавная дата, учитывая, что сейчас она уже ничего не значит. Но два года назад в этот день мы праздновали двадцатилетие Софьи Троекуровой. Когда юную цесаревну много лет назад тайно вывезли из Кремля, помимо всего прочего ей сменили и дату рождения, накинув почти семнадцать месяцев.
И все же мы решили отметить этот вымышленный день рождения. Вдвоём отправились кататься на снегоходе по сибирскому лесу, затем банька при лесной дачке, купель с горячей водой…
— Поздравляю с фантомным днём рождения, — сидя под открытым небом в деревянной бочке, произнёс я, подняв фужер с игристым.
— Спасибо, — проговорила Соня, прижимаясь ко мне плечиком. С погодой нам сегодня повезло.
Я катнул плавучий поднос к жене, чтобы она взяла закуску.
Соня мгновенно расправилась со строганиной. Последнее время животик у неё стал более заметным, а и без того отличный аппетит усилился стократно.
— Скажи… А что насчёт твоего второго дня рожденья? — неожиданно спросила супруга.
Я удивлённо посмотрел ей в глаза. Такой внимательный взгляд обращён на меня. Хочет сделать подарок на день рождения наследного принца Александрии?
— Не забивай этим голову, — усмехнулся я, расслабленно привалившись к деревянному борту. — Календари слишком разные, чтобы можно было провести однозначные параллели.
— Должна отметь, прекрасное тело, — провела ладонью по моей груди Соня, а затем произнесла: — Знаешь, мне тоже достаточно одного дня рождения. Двенадцатого июня тысяча девятьсот восемьдесят девятого года. А сегодня мы с тобой празднуем другое событие.
— Вот как? — я снова повернулся к ней.
— Назовёшь причину сразу или будешь угадывать по буквам? — улыбнулась моя жена.
— День, когда кое-кто собрался с мыслями и чувствами и сделал мне предложение, — отозвался я.
— Звучит странно, — после двух секунд размышлений изрекла Соня.
— А ещё, чисто технически, наш с тобой приватный разговор тогда, два года назад, происходил после полуночи. Так что отмечать его, если очень хочется, логичнее двадцать четвёртого числа.
— А тебе не хочется? — хмыкнула она.
