0
0
— Значит, все эти парни участвуют в схватке? — спросила я, указав на номера от первого до восьмого. — Нападающие? — Я наморщила лоб и добавила: — И они сцепляются, сталкиваются и борются с игроками другой команды, когда судья назначает схватку?
— Да, — ответил он, одобрительно кивая.
— А что такое сцепка? — спросила я, вспомнив, как Клэр, Хелен и Шелли говорили про шестигодок, которые хотели сцепиться с Джонни.
— Сцепка — это когда твоя передняя линия соединяется с передней линией противника, — объяснил Джонни.
— Типа врезаются друг в друга? — спросила я.
— Это несколько сложнее и техничнее, но по смыслу да, — ответил Джонни, задумчиво почесывая нос. — Для простоты нашего урока назовем это так.
Я нахмурилась, не найдя в этой идее ничего привлекательного.
— Значит, полузащитник схватки вбрасывает мяч внутрь схватки?
— Именно так.
— И мяч постоянно бросают назад, чтобы он упал за спинами игроков? Передача или бросок вперед наказываются штрафным?
— Да. — Его глаза вспыхнули. — Шаннон, ты отлично соображаешь.
От похвалы мои щеки зарделись.
Ободренная, я внимательно слушала дальнейшие пояснения.
Регби для него было смыслом жизни, и я хотела узнать об этой игре всё.
Каждую мелочь, каждую крошечную, незначительную деталь.
Довольно жалко, с какой стороны ни посмотри, но я утешалась тем, что нашла безопасный способ провести время.
Джонни продолжал рассказывать о правилах игры и роли каждого игрока, да еще и о стратегиях и формациях, выстраиваемых игроками.
По правде говоря, это был огромный объем информации, и бóльшую часть услышанного я тут же забывала, но когда он стал рассказывать о роли центрового, я включилась.
— Как ты уже знаешь, в команде есть два центровых — внутренний и внешний. Основная задача центрового — стало быть, моя основная задача — взламывать оборону противника, — объяснял Джонни. — Мы также должны поддерживать нашу линию обороны, разгадывать замыслы противника, предвидеть направление движения мяча и знать, когда проводить оборонительную атаку и когда этого не делать.
— Звучит жутко сложно, — призналась я, перегруженная информацией и слегка ошеломленная.
— Да, непростая позиция, — согласился Джонни.
— Но ты же говорил, что играешь в защите.
— Так оно и есть.
— А теперь говоришь про середину поля.
— Так оно и есть, — повторил Джонни.
— Но как такое возможно?
— Господи, хватит задавать вопросы, слушай, что я рассказываю. — Джонни потер переносицу и едва слышно выругался. — Я изо всех сил стараюсь объяснить.
— Прости. Не сердись на меня.
— Я и не сержусь.
