0
0
Мой образ жизни и напряженный режим тренировок требовали питаться через регулярные промежутки времени.
В идеале каждые два часа, чтобы получать ежедневную норму в четыре с половиной тысячи калорий.
Если в желудке пустовало больше четырех часов, я превращался в капризную, раздражительную суку.
Не скажу, что мечтал о горе рыбы и паровых овощей, ждущих в ланч-боксе, но есть же расписание, черт возьми.
Стоит нарушить режим питания — и во мне гарантированно просыпается злобный голодный зверь.
Мы не пробыли на поле и получаса, а я успел поцапаться с тремя игроками и получить вздрючку от тренера.
В свою защиту могу сказать: все силовые приемы, которые я к ним применил, были в рамках правил, ну разве что чуток жестковаты.
Но в этом и смысл, черт возьми!
Я был слишком раздражен, чтобы цацкаться с мальчишками, которые как игроки и рядом со мной не стоят.
«Мальчишки» — самое подходящее в этом случае слово.
Здесь мальчишки.
Я привык выходить на поле с мужчинами.
Часто думал: какой вообще смысл играть в школьной команде?
Мне это ни хрена не дает.
Мне годится базовый уровень клуба, а торчать в школьной мальчишеской команде по регби — просто терять время.
Особенно в этой команде.
Сегодня был первый день после рождественских каникул, но тренировки шли с сентября.
Четыре месяца.
Четыре долбаных месяца, а мы выглядели бόльшим сбродом, чем в начале."
"В миллионный раз за шесть лет я злился на родителей за переезд в эту дыру.
Останься мы в Дублине, я бы играл в качественной команде с качественными игроками и реально добился бы чертова прогресса.
Но нет, я торчал в этой дыре, подменял никудышного тренера и рвал задницу, чтобы команда прошла квалификацию.
Да, в прошлом году мы завоевали Кубок лиги, но у нас была приличная команда, реально способная играть в пристойное, мать его, регби.
Но в этом году, когда несколько крепких игроков выпустились, меня все сильнее парили наши шансы с текущим составом.
И не только меня.
В школе были шесть-семь исключительных игроков, годных для нашего дивизиона, и в этом-то и состояла проблема.
Чтобы побеждать в нашей лиге, суммарно требовалось двадцать три приличных игрока.
А не полдюжины.
Мой лучший друг, Джерард Гибсон, или Гибси для краткости, был примером исключительного игрока.
Я без тени сомнения мог назвать его лучшим фланкером[11], которого встречал на этом уровне игры в регби. У него легко бы получилось сделать спортивную карьеру, не особо даже напрягаясь.
Но в отличие от меня Гибси не считал регби смыслом жизни.
Отказаться на несколько лет от тусовок и не тратить время на девчонок — небольшая плата за профессиональную карьеру в спорте. А если бы он еще завязал с выпивкой и сигаретами, то достиг бы феноменальных результатов.
