10
0– И с тех пор на тебя никто не наезжал! Так, в натуре?
Графу ничего не оставалось, как тоже кивнуть.
– Так…
– И Голован не на тебя наехал, а на какого-то фрайера… Это тебя вообще не шибёт, можешь ветошью прикинуться и отвернуться! Но если в чеклане масло есть, то вкуришь тему, а тогда ясен пень, что ветошью прикидываться нельзя! Если ты, конечно, всех этих коляш под себя взять хочешь!
– Почему?
– Да потому, что ты тогда им должен быть и за папку, и за мамку, и за ментов, – за всех, короче! А для этого надо себя поставить! И если кто-то сунул рыло в твое корыто и из него хлебает, ты должен засветиться и вопрос задать: а почему ты, пес, так делаешь?!
– Гм… А ты не можешь за меня обозначиться? Ну, от моего имени?
Коробейник то ли улыбнулся, то ли ощерился.
– Тогда надо у нотариуса доверенность выписать!
– Доверенность? – ошарашенно переспросил Юздовский, представляя, как где-нибудь на пустыре съехались с двух сторон машины с вооруженными бандитами и Коробейник предъявляет Головану зажатую в татуированных пальцах доверенность с такими же синими печатями, как его перстни.
– Включи мозги! – еще шире ощерился Коробейник. – Какая, нафер, доверенность! Просто разъясняю наши рамсы: на «терку» выходят равные по авторитету пацаны! Голован со мной и базарить не станет! Я против него – все равно что конь против слона!
– А я?!
– С тобой другой расклад! Ты же не на блатную педаль жмешь, у тебя другая жизнь, и в ней ты фигура крупная… Голован про тебя слышал – зуб даю!
– Я с ним встречался, – вырвалось у Графа, и он поспешно добавил:
– Давно.
– Тем более! Я его разыщу и скажу, что ты «стрелку» забил: один на один, в центре города, чтобы ясно было, что без пальбы… Ну, и потолкуешь аккуратно, обозначишь свой интерес, но без предъяв… Посмотришь, как он настроен.
– Гм, – сомнения не покидали Графа, но он понимал, что в словах Коробейника есть резон."
"– Ну, и ладушки, – страшноватый гость расслабился и откинулся на спинку стула. – Ты мне как-то хорошего бухла наливал…
– Кончилось! – сухо сказал Граф. – Да и директор сейчас зайдет!
Пьяный Коробейник был гораздо хуже трезвого: навязчив, подозрителен и агрессивен.
– Кончилось? – криво улыбнулся нежеланный гость. – А может, жаба душит? Ну, харэ… Пойду жалом повожу, где Голован шхерится!
* * *«Стрелка» была назначена на пятнадцать часов в «Катькином садике», как называют старожилы Екатерининский сквер.
– Правила знаешь, – в очередной раз, напоследок, проинструктировал Коробейник.
