10
0Ведь не зря они именно к вам пришли – значит, не случайно, значит, знали, что у вас есть чем поживиться! Кстати, откуда у вас все это? – Лобов обвел рукой богато обставленную квартиру.
– Отец оставил. Бернштейн Александр Исакович. Он известный коллекционер был…
– Бернштейн, Бернштейн, – наморщил лоб капитан. – Фамилия знакомая…
– Да, его многие в городе знали…
– Подожди, так он когда-то давно проходил свидетелем по делу о краже из Эрмитажа! – вспомнил Лобов. – Я тогда еще стажером был. А к этой краже еще три убийства привязывались!
– Не знаю, не помню такого, – уклончиво сказал Валентин.
– Ладно, чего о тех делах вспоминать! Ты подумай, откуда эти уроды взялись? Это не из прошлого, это из вчерашнего дня!
– Ума не приложу, – Николаев икнул и снова выпил воды.
Лобов чувствовал, что он врет. Но чувства к делу не пришьешь…
– А ушли они как? Может, их спугнули?
– Да кто их спугнул… Хотя один действительно вылетел из гостиной пулей, двух других растолкал – и за дверь выскочил… А они за ним пошли.
– Александр Иванович, вот обьяснительные соседей! – молодой, растрепанный от возбуждения паренек, протянул несколько листков, исписанных неровным почерком.
– Молодец, Глумов, ты, вижу, парень шустрый! Только словечки эти мусорные зазря не употребляй!
– Понял, Александр Иванович!
– Вспоминай, Валентин, вспоминай! – уже другим тоном сказал потерпевшему оперативник. – Ты «светиться» не хочешь, думаешь, мы сами их найдем, а ты вроде как в стороне и спроса с тебя нет! Только на таких крупных делах свидетелей обычно не оставляют.
– Зачем пугаете? Думаете, мы мало напуганы?!
– Да не пугаю я! – досадливо сказал Лобов, вставая и нависая над терпилой восьмьюдесятью килограммами своего мускулистого тела. Вдобавок он наклонился, приблизив суровое лицо к заклеенной пластырем физиономии Николаева. Обычно это действительно пугало тех, чья совесть нечиста. Но сейчас у него и мыслей таких не было.
– Рассказываю тебе, дураку, как все может быть! – с мягкостью «бархатного» напильника сказал капитан, и дружески взяв стажера под руку, добавил обычным голосом:
– Пойдем, Виталик, осмотрим квартиру для общего представления.
Они прошлись по комнатам, заглянули в кухню и ванную. Эксперт заканчивал снимать отпечатки, следак вполголоса оглашал протокол понятым – немолодой супружеской паре с верхнего этажа.
– Здесь хозяина вырубили, видишь кровь? – комментировал осмотр Лобов.
