6
0
На этот раз в его дворе было полно людей.
— Что у вас случилось? — спросил у старосты целитель.
— Так энто, ещё больных для ваших исследований нашёл, — преданно отрапортовал он.
А я смотрю на этих больных и в первых рядах молодка, очень похожая на старосту. Мужчины крепкие на вид. Ни одного старика или старухи. Неужели повымерли в деревне? Ежу понятно, что хитрый староста родню свою на обследование решил притащить. И ведь женщин больше нет, мужичьё одно. Им что, нужнее?
— Катрина, справитесь? — усмехнулся Вигго Дженкер, оценив количество пациентов.
— Я то справлюсь, только кто будет оплачивать лечение?
На меня посмотрели удивлённо от такой постановки вопроса, а я пояснила:
— Вчера были показательные выступления. Вы убедились в моей компетентности. А сегодня работа. Лечение — это хлеб целителя, — припомнила я слова лаэра Дагара, а так же вспомнились пирожки за лечение коровы. Нет уж, бесплатно я исцелять всех не нанималась.
— Заметьте, я не прошу деньги за вызов, приглашали вас. Но если мне проводить диагностику и лечить, то кому выставить счёт?
Вигго Дженкер понимающе улыбнулся и посмотрел на старосту. Тот заметно побледнел и затрясся.
— Вы же сами просили найти больных вчера!
— Это было вчера. А сегодня я вас ни о чём не просил. Вы сами вызвали нас. Кто из этих людей нуждается в помощи?
Поняв, что нужно будет платить, народ начал бочком-бочком рассасываться. Я отошла к лошади, на которой приехала, оставив Вигго Дженкера разбираться со старостой.
В деревнях к целителям обращаются лишь в крайнем случае. Им же надо платить монетами, а с ними крестьяне расстаются с трудом. Слишком тяжело они достаются. Лучше пропьют. Насмотрелась я как жена или ребёнок больные дома, а муженёк на ярмарке пропивает всё заработанное.
В поселениях крестьян я бывала часто, то скотину занемогшую полечить, то настойки или мази продать. Чаще всего расплачивались натурпродуктами в приют или на стол Прани.
— Госпожа целительница, а вы можете кошку посмотреть? — ко мне подошёл вчерашний мальчишка, которого я лечила, держа в руках чёрно-белую кису.
— Что с ней?
— Дядька Бут вчера споткнулся об неё и пнул, она захромала. Грозится, что утопит, если больше не сможет мышей ловить.
Я погладила кошку, запуская искру дара и сканируя её. Лапа действительно была сломана.
— Держи её крепче, чтобы не вырвалась, — сказала ему.
Кошки, в отличие от других животных, тоньше чувствуют энергетические вмешательства. Может испугаться и вырываться, желая убежать. Я поэтому её и на руки не брала, оставив в знакомых для неё руках.
Зафиксировала больную лапу между своих ладоней, сращивая кость и леча ушибы. Приложили её знатно, не сильно-то она и дёргалась, пока я с ней работала.
— Как она?
— Ничего страшного.
