1
0
– Ну и сиди, – отворачиваясь, иду в стационар, где уже ожидает меня Джек. Вместе с сонной помощницей ставлю капельницы, занимаюсь псом и оставляю его под её чутким присмотром. Затем умываюсь в туалете, устало шагаю по пустынному коридору.
И черт меня дергает заглянуть в холл.
Он ведь уже ушёл?
Выхожу в коридор. Нет, всё ещё сидит на месте.
Вздыхаю.
Упертый баран.
– Надеялась, что я свалил? – усмехается, так и не открыв глаза. Услышал меня? Я почти не шумела.
– Да, – говорю честно и открываю входную дверь электронным ключом. Спасаю этого дурака от больной шеи и плоской задницы.
Что я делаю? Не понимаю. Но точно знаю – металлические стулья здесь неудобные.
Леон выпрямляется, наконец, открыв ледяные глаза. Они всегда бездушны. Но не тогда, когда дело касается Джека.
А сейчас в них мелькает удивление.
– Угощу тебя кофе и дам насладиться не очень мягким, но удобным диваном.
Уголки его губ летят вверх. И черт, эта улыбка жутко заразительная.
Новак встаёт со стула и направляется ко мне.
– Раз ты предлагаешь, не могу отказать.
Глава 21
Глава 21
– Кофе не такой вкусный, как ты привык пить, но это всё, что могу предложить, – протягиваю пластиковый стаканчик с крепким напитком и сливками.
– Из твоих рук хоть яд выпью, – произносит, забирая кофе. Стараюсь не зацикливаться на безобидной фразе, так пробирающей душу. И рада, что он сам отводит от неё внимание: – Часто работаешь в ночную смену?
– Нет, – присаживаюсь рядом на диван, в уголок, и кутаюсь в мягкий плед. – Пару раз в две недели.
Зря я это сделала. Оказалась так близко к Новаку. Теперь вперемешку с кофе ощущаю его аромат. Он всегда пахнет мятой и ментолом. Банальный запах, и не потому что он нравится ему.
До сих пор не поменял парфюм.
– И муж не против? – делает глоток и поворачивается ко мне. От одного его взгляда становится стыдно за сказанную ранее ложь.
– Это же работа, – пожимаю плечами. Избегаю семейной темы.
– Или мужа нет? – видимо, не получится. Он как будто видит меня насквозь.
– Нет, – нахмурившись, произношу. Весь этот разговор пока доставляет мне только дискомфорт.
– Зачем тогда соврала?
– Чтобы ты не приставал. Я помню, что для тебя занятая женщина – табу.
Правда, не вышло. Несмотря на то, что я упоминала мужа в первую нашу встречу, он все равно целовал меня у себя дома.
– Врунья, – усмехается. – Детей нет, так понимаю? – спрашивает, вальяжно откидываясь на спинку дивана.
Вероника, не ври! Скажи, что у тебя есть Поля. Наше маленькое чудо. Признайся, что тогда не сделала аборт. И не будешь носить этот камень, привязанный на веревке к шее.
Новаку будет плевать, когда он узнает. Большой любви к дочери не испытает. У него хватает своих проблем."
"– Нет, – закусываю губу.
Слабачка.
