Вперед в прошлое 11

— Если место хорошее, за тысячу можно покупать, — согласился я. — Оформим пятьдесят на пятьдесят на тебя и бабушку. Или — на тебя и маму.

— Где ее, тысячу, взять, вот вопрос, — вздохнул Каналья. — Чтобы поучаствовать…

— У тебя сколько есть денег?

— Да понты, — скривился он. — Сто сорок баксов. То одно, то другое. Дом, видишь, в порядок привел. Кровать купил, шкаф, тумбы. Печь отремонтировал, крышу… Вроде по мелочи, а деньги, как в трубу. А на мастерской в среднем зарабатываю по десятке в день, это даже не десять баксов. Зарплату-то сотрудникам платить надо.

Алишеру — пятерик минимум. Максу пока трешку. Сколько копить такими темпами?

— Я с предложением, как заработать, — улыбнулся я. — Сто тысяч в день. Два дня работы. Если не хватит денег, займу, отдашь в течение года.

— Ха. Кого-то закопать? Извини, нет.

— Водить «КАМАЗ» и изображать директора фирмы. Все. Остальное сделаю я сам. Два дня выходных ты же можешь себе делать?

Каналья подобрался, подался мне навстречу и с жаром проговорил:

— С этого момента поподробнее.

— Мы с отчимом на «КАМАЗе» оптом закупаем товар, продаем по деревням.

Получается… Хорошо получается. Но он два или три дня занят, Андрюшу помогает хоронить. Ты нужен на его место, но нужно сделать доверенность на управление транспортным средством, чтобы гайцы не хлопнули, потому что они на нас прям охотятся. Давай я его приглашу, продолжим переговоры уже втроем. Только не драконь его, пожалуйста, хозяин грузовика — он. Он любит уважение к собственной персоне.

И тут до меня дошло, что есть одно препятствие: машина-то оформлена не на отчима! Если так, то будет сложно, придется прятаться от гаишников и терять кучу времени.

* * *Оказалось, что у отчима генеральная доверенность с правом переуступки управления транспортным средством. Потому отчим в тот же день, несмотря на поздний час, договорился с нотариусом, чтобы заехать к нему с Канальей завтра в нерабочее время, с восьми до девяти вечера.

Так, одна проблема решена, Каналья будет легализован. Правда, выложить придется двенадцать тысяч на доверенность, их я сразу отдал Лёхе, но это мелочи в сравнении с открывшейся перспективой.

В итоге домой мы попали в начале десятого. Боря сразу же засел типа за уроки чтобы поменьше контактировать с отчимом, а когда тот уехал, давай прыгать по комнате и орать:

— Свободу попугаям! Свободу-у-у! Е-е-е!

О смерти двоюродного брата он не вспоминал.

Отчим и мама отсутствовали и в субботу. Боря боговал: развешивал одежду, где ему хотелось, копил посуду в раковине, чтобы помыть вечером, когда воду дадут, а не сразу же — поливая ее из кастрюли.