Много раз видела, подсматривала за сестрой… И не только за сестрой!.. Или даже не в постель — где-нибудь в неосвещённом подъезде, в телефонной будке, в ночном метро… Правда, это называется иначе уже — просто трах…
Он угрожающе положил руку на её лицо.
— Если бы ты не была целомудренной…
— А я была! — она вывернулась из-под ладони и засмеялась. — Никто не знал, чего это стоило…
— Я подолью масла в огонь, — Ражный встал. — Чтоб ты больше не вспоминала…
— Постой! — Миля вцепилась в его руку. — Выслушай… Я так долго берегла себя… И так много… сражалась за свою честь, что устала.
Это мучительно — жить непорченой, как ты говоришь, — она попыталась дотянуться и поцеловать его руку — он не позволил, стиснул её в кулак. — Первый раз меня чуть не изнасиловал… мальчишка из седьмого класса. А мне было всего одиннадцать. Поймал за гаражами, содрал трусики… Я выбила ему глаз камнем… Через год выпустили из тюрьмы отца. Он напился, изнасиловал Надю… Помнишь мою сестру?.. И хотел меня, но я спрятала нож под подушку и… ткнула его. Ещё через год на меня напал Надин любовник — и ему досталось… Зарезала насмерть, скальпель воткнула в самое сердце… Был ещё один, с виду добрый, но извращенец.
Я ему яичницу сделала, всмятку… Потом сбилась со счета и уже все время ходила с ножом или бритвой. Мне девчонки говорили: найди парня, который нравится, и отдайся. И все будет хорошо… Надя говорила то же самое. И даже судья… Это когда возбудили пятое уголовное дело за попытку… Ну ты же сам видел и знаешь. Сначала поймали твои егеря в лесу — отбилась; милиционер, который искал меня — порвала ему рот… Даже когда умерла — и мёртвую чуть не изнасиловали!
— Хватит, замолчи!
— Погоди!.
. Знаю, я в полной твоей власти!"
"— Запомни, ты никогда не будешь в моей полной власти. Ни одна женщина не бывает под волей мужчины, потому что она — чистое воплощение стихии.
— Не буду. Ты прав, не буду, потому что твоя власть надо мной беспредельна…
— Это жуткое противоречие! Неужели ты не слышишь этого?!
— В другой раз я бы услышала… Но не сейчас. Даже мои милые Максы соревнуются… нет, бьются за право первой ночи, — она дотянулась и поцеловала кулак. — Ты первый мужчина, который не пытался… Никогда не посягал на меня.
Наоборот, берег! Прогонял, чтобы сберечь. Я не знала, что думать! Измучилась от мыслей… И ещё — твой аскетический образ жизни, слава сектанта, колдуна или волшебника… Когда ты меня оживил — все поняла: ты Бог. Оказалось, ты Бог! Потому повинуюсь тебе и боюсь ещё больше, чем всех. Молиться на тебя стану! И Максов заставлю, чтобы молились…
— Ты несёшь… полный бред! — Ражный натянул рубаху и поднял пояс. — Отдохни, пожалуйста… Постарайся заснуть.
5
0
