5
0
Ражный спустился в яму — девица вскочила с травяной подстилки, шагнула назад и упёрлась спиной в торчащие из земли бревна.
— Не бойся, я ничего не сделаю дурного, — предупредил он. — Не за этим искал…
Бинта на укушенном запястье не было, впрочем, как и свежей раны…
— А зачем ещё?.. Даже волкам нельзя верить!
— Он ещё не волк — щенок… И он не выдавал тебя.
— Почему же привёл? — она озиралась, то ли рассчитывая убежать, то ли высматривая Молчуна.
— Потому что я захотел.
— Да, вы же хозяин…
— Я не хозяин — вожак стаи.
— Это все равно…
— Не все равно! Впрочем, ладно, для тебя все равно… Пошли! Тебя ищет… начальница.
— Какая начальница?
— Надежда Львовна…
Миля неожиданно сникла, опустились плечи.
— Это моя сестра… Родная сестра. Ражный хотел выругаться, но вместо этого сел и спросил, показывая запястье своей руки:
— А где… это?"
"— Зажило… Волк пришёл и вылечил, зализал, даже следа не осталось, — в голосе её послышалось осторожное расположение. — Тогда я повязала ему ленточку…
Он помолчал, не зная, как закрепить это призрачное доверие, вспомнил о егерях, разинувших рот на московскую путану.
— Этих мужиков я накажу, — пообещал. — Очень серьёзно накажу… Тех, которые утром тебя встретили в лесу.
— А что толку? — Миля дёрнула плечиками. — Ещё хуже будет. Встретят во второй раз — убьют. Не наказывай их, не надо.
— Хорошо… Ну что, пойдём?
— Я никуда из леса не пойду, — хотела определённо и резко заявить она. — Никогда.
Но все-таки прозвучало с нотой каприза…
— Можешь сколько угодно обижаться на… сестру, но при чем здесь я? Я что, заказывал тебя? Или кого-то просил, чтоб привезли?
— Вы?.
— Тебя насильно притащили сюда? В наручниках? — внезапно для себя разозлился Ражный. — Сама приехала! Денег заработать!
Миля сверкнула глазами, отвернулась.
— Сама!.. Заработать!
— И не я навязывался — тебя подсовывали ко мне!
— Потому мне и стало страшно. Кто вы?
— Вожак стаи!
— Не знаю, что думать, боюсь… Ну, кто вы такой?
— Спроси у тех, кто подсовывал! Они-то, наверное, знают!
— Я спросила… У Виктора.
— У кого?
— Да у вашего же человека. У Героя Социалистического труда!
Его никогда не называли полным именем, да и сам он представлялся Витюлей, поэтому имя это звучало незнакомо.
— И что же он сказал?
— Вы — колдун. — Она на всякий случай отодвинулась подальше, чтобы не достал рукой. — А я… А меня привезли в жертву. Чтоб исполнить какой-то… Ритуал. Но Надя об этом не знала! Они все знали — она даже не подозревала.
— Дураки! — засмеялся Ражный.
