8
0Через специальные прорези на мужской одежде разглядываю шрамы на лопатках эмиссара. До зуда в пальцах хочется прикоснуться к ним. Провести, потрогать. Но я двигаться не могу. Как и слышать. И, наверное, говорить тоже.
Мужчина разворачивается, берет моё лицо в ладони и поднимает голову выше. Перевожу взгляд на его глаза с молниями. Такими же, как и на крыльях. Он что-то спрашивает, хмурит брови, а в глазах такая гамма эмоций. Страх, тревога, волнение. Жаль, не умею читать по губам. Старкар подхватывает меня на руки и, прижимая к себе, несет. Смотрю на белый потолок, а хочется опять взглянуть в эти зелёные гадские глаза.
Меня укладывают в капсулу. Становится холодно и страшно. Старкар нависает, убирает с лица волосы, гладит скулу, не чувствую касаний. Будто и вправду превратилась в дроида. Лишь смотрю и пытаюсь взглядом передать свои страхи. Опять что-то говорит и резко вскидывает голову. Скосив глаза, пытаюсь рассмотреть того, кто помешал нам. Мужчина запускает капсулу, спиной чувствую вибрации и зажмуриваюсь.
Усталость от бессонной ночи и нервного напряжения берет верх, а возможно, это действие капсулы. Но я довольно быстро уплываю в спокойное сновидение.
Просыпаюсь от небольшого гула и голосов. Совершенно не выспалась, но радуюсь, что могу вновь слышать и чувствую собственное тело. Мне не понравилось быть бестелесной.
– Маразм достиг апогея! – цедит сквозь зубы эмиссар где-то недалеко.
– Признаю, мы все облажались. Считали её фанатичное стремление вернуть молодость блажью, – соглашается женщина.
– Она умрёт, Веда! – тихо рявкает блондин. – Ты потакала и протежировала её. Старая почувствовала себя неуязвимой и посягнула на неприкосновенное!
– Ты прав, но она подстраховалась, Стар. Папы уже летят сюда. Пока ведется расследование, Тома будет помещена в императорскую лечебницу.
– О чём это ты? Какое расследование? – напрягается Старкар, приподнимаюсь на локтях и выглядываю.
Та самая женщина, что увела старушку, сейчас гладит по виску моего блондина. То есть не моего! Эмиссара!
– Поговорим снаружи, Стар, – предлагает она.
– Говори, Веда, – рычит предостерегающе мужчина.
– Пока ты тут лечил Лану, пришло известие, – вздыхает женщина. – Звездолёт коммодора Регора взорвался на подлете к Верфи. Тома сказала, это только предупреждение. Если с ней что-то случится, будут последствия масштабнее.
Я каменею и беззвучно хватаю воздух ртом, пытаясь вдохнуть нужный кислород. Все тело покрывается холодным потом. Меня топит вина. Из-за меня пострадали разумные. Макс… Регор… Дура! Я такая дура! С силой закусываю губу, но всхлип сдержать не удаётся. Двое гуманоидов вздрагивают и переводят на меня взгляды.
Старкар чертыхается и быстро подходит ко мне. Отшатываюсь. Не хочу, чтоб меня жалели.
